- Парни! Я впервые слышу про такое. Мы только вчера приехали сюда с отцом. Отец вел переговоры с философом. И господин Пихтельбанд сразу согласился взять меня в ученики. Вы это можете проверить. Я живу у него.
- Дас ист фантастиш! – присвистнул один из парней.
- Невероятно! В это трудно поверить!
Иоганн стал медленно одеваться.
- Ты это, зёма… как там тебя? Ты вот что… Ты сказал, что тебя зовут Иоганном. Ты зла не держи на нас. Мы не хулиганы какие-нибудь. Пошутили! Глупая, конечно, шутка.
Иоганн продолжал одеваться, недоумевая, чем же была вызвана такая радикальная перемена в их поведении. Неужели настолько высок авторитет господина Пихтельбанда? И неужели он такой везунчик, что ему одному оказали такую честь стать учеником знаменитого профессора? А про принца – это правда или легенда?
Широкоплечий паренек, по-видимому, глава этой троицы, протянул ему руку:
- Фриц! Давай познакомимся!
После этого Иоганн обменялся рукопожатиями и с двумя другими парнями.
- Клаус!
- Анатоль!
Так представились они.
- Садись, Иоганн! Покури!
- Вообще-то…
Иоганн осекся.
- Ну, понятно! Неволить не буду!
- А! давай!
Иоганн решительно крякнул:
- Давайте за компанию!
Несколько раз раньше Иоганн баловался куревом. Да и кто из мальчишек не пробовал табака?
Но курение не доставило ему ни малейшего удовольствия. А напротив. Начиналась тошнота, головокружение, мутило. И он прекратил попытки приобщиться к пагубному зелью. Сейчас же повторилось всё снова. Новоиспеченные товарищи, профессионально затягивались, пуская густой дым изо рта и из носа. Иоганн героически дотянул сигарету до середины и отшвырнул ее на песок.
- А что же, господин Пихтельбанд, действительно такой высочайший авторитет? – спросил Иоганн.
- Что? Авторитет? – хмыкнул Фриц. – Это я авторитет среди местной шантрапы… Да, запомни, Иоганн! Больше тебя здесь никто не обидит. Иначе будет иметь дело со мной!
Потом, помолчав, Фриц добавил:
- Если кто-то будет на тебя рыпаться, скажи про меня. Меня тут все боятся.
Иоганн, улыбнувшись, кивнул. Конечно, «крыша» в незнакомом городе никому не помешает. Хотя лучше всего было бы, если б не представилось случая воспользоваться ею. Да, вообще-то, он тоже не пай-мальчик, и при случае может помахать кулаками. А иногда и охота это сделать.
- Господин Пихтельбанд – это светило первой величины! К нему, знаешь, какие персоны приезжают! Если бы не он, в нашем городке они никогда бы не появились! Представляешь, министры! Да что там министры! Царствующие особы! А как-то раз даже сам император!
- Такого не может быть! – искренне удивился Иоганн.
- Еще как может быть! У нас настоящая Мекка для царствующих особ. Но по правде говоря, в основном едут инкогнито. Но мы тут тоже не лыком шиты. Конечно, особы не хотят тревожить горожан. И поэтому заранее не оповещают, что к нам едет такой-то и такой-то. Но земля слухом полнится. И все горожане знают, что приехал принц такой-то или лауреат такой-то премии, или еще какой-то шишка.
- Одного я не пойму,- проговорил Анатоль, водивший палочкой по песку,- как такой величайший человек живет в нашем занюханном городишке? Ему же место где-нибудь в ого-го!
- Дурак ты, Анатоль! – проговорил Серж. – Ох, и дурак! Да ему всё по барабану: парижи эти, берлины, амстердамы всякие. Если личность гениальная, она и в берлоге останется ею. А столичная суета, знаешь, как мешает этому, это же гибель мыслительному процессу, творческому созиданию! Если уж сюда едут и едут, то живи он в Париже, ему только бы и оставалось, что принимать визитеров, а на всё остальное время бы не оставалось.
- Ничего себе, Вано! Ты ученик самого Пихтельбанда! Трудно даже поверить!
Фриц, не скрывая восхищения, глядел на Иоганна, как на какого-то инопланетянина.
- Ну, это… может быть, ты уже того?
- Чего того? – переспросил Иоганн. – О чем ты?
- Ну, типа того, что тоже знаменитость. Труды там ученые пишешь?
Иоганн смутился. Никогда бы не подумал, что его могут заподозрить в подобном. Он, кроме обязательных заданий в гимназии, пока еще ничего не писал, не считая, конечно, нескольких писем товарищам, которые уехали в другие места.
- Да что вы, ребята! Никаких у меня трудов нет! Я и сам, после того, как вы мне рассказали о господине Пихтельбанде, удивляюсь, как он взял меня в ученики. Мы с ним совершенно не были знакомы. Отец же мой – самый заурядный бюргер, имеющий известность только в пределах нашего городка, никогда не кончавший никаких университетов.
Но по глазам новоиспеченных товарищей было видно, что они не слишком поверили в его уверения, вероятно, списав это на излишнюю скромность. Их так и подмывало сказать: «Ну, поливай нам! Вешай лапшу на уши! Давай старайся! Ну, мы-то понимаем, какой твой папик – заурядный бюргер. Вероятно, церемониймейстер или главнокомандующий союзными армиями. Если не брать выше!»