Иоганн чуть было не поперхнулся пирожком с вареньем. Грэта снова осуждающе поглядела на Учителя. Но он уже привык к подобным взглядам и нисколько не обращал на них внимания.
— Вот когда ты хорошо поешь, твои жизненные ценности переместятся. Ты уже не будешь думать о том, как утолить чувство голода. Твои мысли будут вращаться вокруг того, что неплохо было бы сейчас развлечься, познакомиться с какой-нибудь юной фурией.
— Фи!
Грэта демонстративно загремела тарелками, изредка кидая негодующие взгляды на Учителя.
— Пей, Иоганн, морс! Ты даже не допил второго стакана!.. Так вот, главным твоим занятием отныне станет размышление.
— Но как же так, Учитель! Вы только что сейчас сказали, что абсолютное большинство людей не способно к размышлению. Скорей всего к этому абсолютному большинству отношусь и я.
Иоганн почувствовал, что разгорячился. И тут же умолк. Он потянулся за стаканом с морсом. Приподнял его над столом и повертел.
— Вот стакан с морсом. Что о нем можно размышлять? На какие глубокие мысли он может натолкнуть? Первая мысль, которая приходит на ум, то, что стакан стеклянный. Морс мутного цвета. На дне стакана разварившиеся ягодки. На вкус морс кисловато-сладкий. Этот морс сварила фрау Грэта. Ну, что еще? Больше ничего и не приходит на ум.
— Отлично, Иоганн! А теперь я беру стакан с морсом.
Учитель отхлебнул глоток и поставил стакан на стол.
— Не скажешь ли, Иоганн, что я сейчас сделал?
— Отпили глоток.
— Извини, Грэта!
Учитель повернулся к прислуге. Он взял стакан и вылил морс на пол.
— А сейчас что я сделал?
— Вылили морс на пол.
— Есть ли что-то общее между двумя моими действиями?
— Морса в стакане стало меньше, после того, как часть его вы вылили на пол.
— Совершенно верно! Но в первый раз я использовал морс по его прямому назначению. А его прямое назначение — утолять жажду. Поэтому я пил морс. А во втором случае я использовал его не по назначению: лил на пол. Морс варят не для того, чтобы лить его на пол. Если, конечно, это не произошло случайно.
— И что же из того?
Иоганн недоуменно пожал плечами. Что всем этим хотел сказать Учитель?
— Как же «что из того»? Вот тебе и толчок для размышлений о целесообразности и нецелесообразности наших действий.
— Погодите! Погодите, Учитель! Да так же можно что угодно пристегнуть для рассуждений!
К концу завтрака у Иоганна родилось смутное подозрение, что Учитель разыгрывает его.
9
После того, как завтрак закончился, после речи Учителя Иоганн пребывал в некоторой растерянности. Всё оказалось слишком неожиданным. Выходит, что его учение заключается в размышлении. Но о чем? И как? Если это делать лежа, то он быстро заснет. Не старик же он какой-нибудь, чтобы часами вылеживать в ожидании подходящей мысли? Если он это будет делать сидя, то тоже заснет, но, может быть, не так быстро, как в лежачем положении. Если он это будет делать, прогуливаясь, то всё будет отвлекать его, и опять никакого размышления не получится. Это что же получается? Что нужно найти удобную позу для размышления? Но о чем же размышлять? Скорей всего он будет размышлять о Грэтхен, о беззаботной жизни в Думкопффурте и о том, как хорошо быть военным и какая будущность ожидает его, если он будет военным. А вдруг всё это вовсе и не является размышлением? Придется спросить!
— Учитель! А что я сейчас должен делать? Вот в данный момент, после того, как мы покушали?
— Во-первых, убрать свою комнату, — ответил Учитель.
— Как так?
— Заправить постель. Хотя это ты должен был сделать сразу после того, как поднялся. Любой зверь, просыпаясь, приводит в порядок свое лежбище.