Кеноби потер глаза и страдальчески вздохнул.
– Не можешь же ты вечно играть в охотника за головами.
Притворно надув губы, Вос подмигнул BD-3000, которая поставила перед ним очередной стакан с почти безалкогольным напитком.
– Раз у вас уже установилось взаимопонимание, – продолжал Кеноби, – ты должен найти способ настроить ее против графа Дуку.
От веселости Воса не осталось и следа.
– Она и так уже настроена, – тихо ответил он.
Оби-Ван сделал вид, что не обратил внимания на внезапную серьезность Воса.
– Что ж, тогда подтолкни ее к действиям. И поскорее.
– Найду способ.
– Не сомневаюсь.
Не допив, Кеноби бросил на стол несколько кредитов и встал. Рука его на мгновение задержалась на плече Воса, а затем он ушел. Киффар остался один в забитом народом баре, уставившись в стакан.
Заказав еще стакан, он осушил его и повертел в пальцах. Многих джедаев удивила бы сама мысль о медитации в баре, но Восу уже приходилось заниматься этим и раньше. Главное, чтобы часть разума оставалась начеку, в то время как другая предавалась размышлениям. Честно говоря, джедаю иногда становилось интересно, не пробуют ли другие клиенты, сгорбившиеся над выпивкой и уставившиеся в стаканы, проделать нечто подобное.
Замедлив дыхание и сердцебиение, он глядел на последние голубые капли на дне стакана.
Суть его задания можно было свести к двум словам: «Убить Дуку». Далее они расширялись до фразы: «Добиться в этом помощи Асажж Вентресс». А от нее, словно круг от брошенного в воду камня, расходилось дополнение: «Без ее ведома».
На мгновение у него перехватило дыхание. Именно в этом заключался конфликт. Он завоевал ее доверие, и она даже начала ему нравиться. Порой в его работе такое случалось и раньше, но Вентресс была в этом смысле уникальна. Даже Совет это знал – иначе они не попросили бы его работать с ней.
Чего стоил он сам? Чем он был обязан себе и другим? Ордену джедаев как таковому, Совету, своей «партнерше»? Он был джедаем, разве что не родившимся в Храме, и, естественно, был обязан беспрекословно подчиняться им. Ему поручили крайне ответственное задание – если кого-то во всей вселенной и следовало остановить, так это Дуку. Вос представил себе всех, кого убил темный владыка, собранных в одном месте, и картина эта столь потрясла джедая, что сердце его сжалось от невыносимой боли.
Но что насчет Вентресс? За время их совместных операций она не раз спасала ему жизнь. Он был в долгу перед ней. А что насчет него самого?
Эта мысль внезапно вырвала Воса из медитации. Джедаи не думали о себе – о своих собственных желаниях, нуждах, страстях. «Спокойно, – подумал он. – Да, ты ее используешь, но ты не делаешь ничего такого, чего она не хотела бы. И ты знаешь, что когда дело дойдет до этого, она захочет убить Дуку».
Но он все равно не мог избавиться от ощущения, будто делает что-то не так, и это не давало ему вернуться к прерванной медитации.
Он заказал новый стакан и просидел за столом еще очень долго.
Увидев Воса, Вентресс оторвалась от сварки. Ей требовалось несколько часов относительной безопасности, чтобы внести ряд изменений в конструкцию «Банши», и они решили совершить посадку здесь, на платформе, расположенной на краю массивного портала, что вел внутрь подземного города Корусанта. Вос воспользовался возможностью пополнить запасы, и Вентресс сама удивилась, что позволила кому-то другому взять столь тяжко заработанные ей кредиты и что ее нисколько не беспокоит, вернется ли тот вместе с припасами вообще. Она улыбнулась, подняв защитную маску.
– Похоже, ты в хорошем настроении, – заметил Вос.
– Пожалуй, – ответила она. – Почему бы и нет? Запасы пополнены, доработка корабля почти закончена… и мне удалось найти для нас новую работу.
Она выключила сварочный аппарат и сняла маску. Вместе с Восом они прошли по трапу внутрь «Банши».
– Вот как? – спросил ее напарник. – И куда направляемся?
– На Оба-Даю. К пайкам.
Вос поморщился, и Вентресс решила, что вряд ли стоит винить его за это. Он всегда чему-то радовался, что ее несколько – нет, даже не «несколько» – раздражало. Встреча же с пайками отнюдь не была поводом для веселья. Синдикат пайков любил называть себя семьей, но им двигала вовсе не семейная любовь. Главным занятием этого криминального синдиката являлась торговля всевозможными нелегальными веществами, от слабых до разрушающих разум.
– С тобой точно не соскучишься.
– Никто не предлагает тебе лезть туда, – заметила Вентресс.