Жара была удушливой, но терпимой. Из-за дыхательных масок, которые носили работавшие возле лавы местные жители, все они выглядели загадочно и однообразно. Когда какой-то прохожий бросил на Воса и Вентресс любопытный взгляд, она запоздало сообразила, что маски могли бы помочь скрыть лица.
– Терпеть не могу маленькие городишки, – пробормотала она, спеша вместе с Восом к лавовым блохам, которых когда-то давно одомашнили мустафарцы и использовали в качестве верховых животных. – Все знают, кто чем занимается.
– Угу, но в данном случае это может нам помочь.
– Вот только через час о нас станет известно каждому.
Подойдя к сгорбленному мустафарцу – судя по всему, хозяину блох – они договорились о цене, и кредиты перешли из рук в руки.
– Жарковато тут у вас, – заметил Вос, когда они садились на взятых напрокат блох. Мустафарец бросил на него яростный взгляд и ничего не ответил. – Пить охота, – невозмутимо продолжал Вос. – Где тут можно промочить горло?
– В «Последнем пристанище», – приглушенно ответил мустафарец из-под маски.
– Лучший бар в городе? – спросила Вентресс.
– Единственный, – рассмеялся мустафарец.
– Что ж, туда и заглянем, – кивнул Вос. – Спасибо.
Он мягко потянул за поводья, и существо послушно запрыгало в сторону города. Вентресс повторила его движения, но ее блоха лишь неуклюже перебирала ногами, неуверенно подскакивая на месте. «Не такая уж ты и крупная, чтобы тебя нельзя было раздавить», – подумала Вентресс, положив ладонь на блестящий панцирь. Хоть она и не была телепатом, но подчеркнула свои намерения с помощью Силы, и блоха угрюмо двинулась следом за Восом.
Глаза Вентресс слезились от дыма. С трудом сдерживая кашель, она сосредоточилась на управлении движущейся через город блохой. На узких улицах становилось все больше рабочих самых разнообразных рас, и большинство из них, как она заметила, похоже, направлялись в одну и ту же сторону.
– Видимо, рабочий день в шахтах закончился, – сказала она. – Давай просто последуем за толпой.
Масса шахтеров плыла словно поток лавы, и обеих блох не пришлось особо уговаривать к нему присоединиться. Вскоре впереди и в самом деле появилось «Последнее пристанище» – большое, столь же обшарпанное, как и все остальные, здание.
– Похоже, бар мы нашли, – пробормотал Вос, останавливая блоху и подводя ее к другим, привязанным к столбу. Они с Вентресс спешились.
Внутри бара пахло ничуть не лучше, чем снаружи, и Вентресс подумала, что независимо от обстановки и публики, все подобные места вызывают одно и то же чувство отчаяния, угрюмой обреченности и голода, время от времени перемежающееся кратковременными вспышками эйфории.
Здесь, однако, господствовала тупая усталость, превосходившая собой все остальные чувства. Шахтеры с каждым днем все больше впадали в некое подобие горькой летаргии, которая…
Вентресс повернула голову, следуя за возникшим на фоне всеобщего отупения ярким островком неприкрытого высокомерия. Взгляд ее упал на группу дородных фаллиинов. Они не носили никаких отличительных знаков принадлежности к «Черному солнцу», но этого и не требовалось – их осанка и телосложение, свидетельствовавшие не только о хорошей физической форме, но и о хорошем питании, сразу выделяли их на фоне большинства посетителей, уткнувшихся в стаканы подобно полутрупам.
Один из фаллиинов одиноко сидел в углу, вытянув ноги. Потягивая свой напиток, он наблюдал за остальными. На зеленой пятнистой физиономии сквозило едва скрываемое презрение.
– Думаю, мы нашли победителя, – пробормотал Вос, словно прочитав ее мысли.
Все получилось даже чересчур легко.
– Сядь и расслабься, – сказала Вентресс. – Я займусь им.
– И как, по-твоему? Кивнешь и подмигнешь? Или сыграешь в открытую?
– С этим уж точно придется играть в открытую, – ответила она. Высокомерный фаллиин наверняка бы оскорбился – и заинтересовался – если бы решил, что его могущественные феромоны не действуют на нее.
– Ладно, – в глазах Воса заплясали веселые искорки. Он отошел назад, затерявшись в полумраке среди сгорбленных силуэтов посетителей. Вентресс немного постояла, позволяя фаллиину из «Черного солнца» первым обратить на нее внимание. Когда их взгляды встретились, она не спеша подошла к стойке и скользнула на табурет рядом с ним.