– Мы беремся за работу, – сказал Босск.
– Однозначно! – поддакнула Латтц.
Боба уставился на них.
– Но… вы же даже не знаете, в чем она состоит!
– За двести пятьдесят тысяч кредитов мне все равно! – пожала плечами Латтц.
Боба посмотрел на Вентресс, затем на своих охотников за головами и покорно вскинул руки.
– Ладно! – с угрюмым видом он откинулся на спинку стула. – Но Синдикат возьмет свою долю. Так что – развлекайтесь.
Фетт снова глотнул из стакана. Похоже, все присутствующие крайне его раздражали.
– Не пойдет, – бесстрастно проговорила Вентресс. – Мне нужна вся команда, – она начала перечислять, загибая пальцы: – Босск. Латтц. Хайсингер. Эмбо. И Боба Фетт.
Прищурившись, юный охотник смерил ее долгим взглядом.
– Что за работа? – спросил он наконец.
Вентресс заранее заготовила ответ.
– Спасательная операция. Один человек, на Серенно. Прилетаем, улетаем… и деньги ваши.
– Тамошнюю обстановку знаешь? – немного подумав, спросил Боба. – Охрана, слабые места?
– Так, как будто я там жила, – небрежно ответила она.
Внезапно с грохотом поставив стакан на стол, Боба наклонился к ней.
– Вряд ли все будет так просто. Я знаю, ты чего-то недоговариваешь.
Вентресс тоже кое-что знала – как вести игру с Феттом.
– Всегда есть варианты. Любой по-настоящему опытный охотник это знает.
Она подчеркнула слова «по-настоящему опытный», и Фетт в самом деле ощетинился от столь неуважительного намека. Он схватил свой шлем, явно давая понять, что этот разговор ему надоел.
– Либо деньги вперед, либо никак. Переведи кредиты сегодня же.
Вентресс склонила голову. Она ожидала подобного требования, так же как и того, что ей придется поднять начальную ставку. Сумма представляла собой почти все ее накопления за то время, что она была охотницей за головами. Но если у них все получится – если они сумеют вытащить Воса из той проклятой дыры, где Дуку наверняка пытает его, – кредиты не будут волновать ее до конца жизни.
Латтц и Босск походили на детей, только что получивших подарки.
– Да-ссс! – радостно прошипел трандошанин. Наемница, улыбаясь до ушей, игриво стукнула его по нагруднику в знак солидарности.
У Бобы все еще был такой вид, будто он только что съел нечто крайне омерзительное.
– Идите скажите Хайсингеру и Эмбо. Через час обсудим общий план операции. – Оба кивнули и тут же исчезли. Фетт посмотрел им вслед, затем повернулся к Вентресс. – К твоему сведению… – Подняв взгляд, Вентресс обнаружила в трех сантиметрах от своего лица его бластер. – Я знаю, что в какой-то момент ты намерена нас предать. Может, они этого и не понимают, зато я – да.
Она бесстрастно смотрела на него, скрывая удивление.
– И еще, к твоему же сведению, – весело продолжал он, – я уже не тот мальчишка, которого ты бросила на Кварците. Если еще раз попытаешься меня кинуть – поплатишься.
Покрутив бластер на пальце, он сунул его в кобуру и, надев на голову шлем, последовал за Босском и Латтц.
Глава 23
Шло время, а с ним – новые пытки, новые крики, новые кошмары в те недолгие моменты, когда Вос мог забыться сном. Ему снились тьма и кровь, страх перед известными опасностями и, что еще хуже, перед воображаемыми.
Но хуже всего было, когда ему снилась Вентресс. Иногда она пытала его, с улыбкой опутывая его молниями Силы и наслаждаясь его болью. Она говорила ему, что все сказанное ею раньше, все то, чем они делились друг с другом, – ложь, и получала удовольствие от того, что ее слова приносили ему куда большие страдания, чем физическая боль.
Еще больший страх, однако, внушали Восу сновидения, в которых он держал Вентресс в объятиях, и она говорила ему, что любит его, а он знал, что это правда.
Чувства его притупились. Он не ощущал ни голода, ни вкуса еды – ничего, кроме мучений от разнообразных пыток, которым подвергал его дроид, обжигая нервы или кромсая, а затем залечивая тело. Вос то впадал в забытье, то приходил в себя от чудовищных мук. Он ел лишь потому, что в глубине души осознавал – следует сохранять те крохи сил, что у него еще остались. Представление с участием его самого, Дуку и дроида разыгрывалось достаточно долго, чтобы его мышцы начали слабнуть, за исключением тех, что постоянно кричали от боли, вынужденные пребывать в позах, для которых никогда не предназначались.
Сны в этот раз были особенно кошмарными, так что, когда дроид пришел разбудить Воса, тот встретил его даже с радостью. К его удивлению, дроид отключил силовое поле, удерживавшее его подвешенным за руки. Не успев сгруппироваться, он неуклюже свалился с метровой высоты. Давно не двигавшиеся, а потому совершенно затекшие руки и плечи пылали огнем, и Вос едва удержался от крика. Ощущения были похожи на последствия змеиного яда, попавшего в его кровь на Датомире, и он снова вспомнил о Вентресс.