— Подойди поближе, мальчик, — позвал Стормбрейкер. — Смотри.
Арон замер. За время их долгого путешествия он увидел уже столько хаоса и разрушений! Что ждет его на этот раз? Он толкнул Тек в бок, и та послушно сделала несколько шагов вперед.
Когда Дари на своем жеребце подъехала к Арону, он уже стоял на самом краю холма.
— Ох… — потрясенно выдохнула Дари.
А вот Арон просто онемел при виде открывшегося перед ним зрелища. Он молча смотрел на желтые пески (должно быть, Пустоши), которые простирались вдаль до самых каменистых Внешних Земель — эти места были знакомы мальчику по охотничьим вылазкам с отцом. Пустоши и Внешние Земли охватывали зеленую долину, крест-накрест пересеченную ярко-голубыми реками и стремительными ручьями. Южный край долины терялся в дымке серо-голубого тумана.
Бурелом.
У Арона даже кровь в жилах похолодела. В Буреломе не существовало ни дня, ни ночи, и полноправными хозяйками этих мест были кровожадные маны.
Однако в следующее мгновение жуткие образы померкли. При виде огромного замка, расположившегося в глубине долины, душа Арона наполнилась благоговейным страхом.
Открывшееся перед ним зрелище было просто ошеломительным.
— Триун больше, чем моя столица — Кан-Ланьярд, — послышался голос лорда Кобба. — Он полностью себя обеспечивает и даже более независим, чем любая провинция Гнездовья. А какой изумительный вид! Эти стены никогда не подвергались нападению врага — ни снаружи, ни изнутри. Сомневаюсь, что какая-нибудь армия сможет захватить такую неприступную крепость — даже если найдется глупец, который осмелится угрожать Камню.
— Гильдия никому не объявляет войн и никогда не вмешивается в них, чи, — возразил Стормбрейкер. — Потому и на нас никто не нападает — кроме сбившегося с пути отряда лорда Брейлинга. Смотри, Арон! — Старший Мастер показал рукой на правый угол ромба (именно такую форму имела крепость, если смотреть на нее с высоты). — Это главные ворота со Сторожевой башней. Через них ты и попадешь в Триун.
Арон попытался определить на глаз размеры башни, но не смог. Тогда он начал считать здания, расположенные по окружности крепости, — высокие каменные постройки, соединенные массивной стеной. Они казались такими огромными, что Арон недоверчиво вытаращил глаза.
— Сколько тут башен? — спросил он, в третий раз сбившись со счета.
— Я тоже пытаюсь считать, — тихо пробормотала Дари, а лорд Кобб рассмеялся.
Его смех прозвучал устало, но по-доброму и ободряюще.
— Двадцать шесть. Там живут Братья и Сестры Камня, да и внутри самой стены тоже, — объяснил Стормбрейкер. — Толщина всех стен равна длине тел шестерых взрослых мужчин.
Вот это да! Арон почувствовал себя совсем маленьким. Зубчатая стена соединяла башни и образовывала огромный ромб, который охватывал крепость со всех сторон. На каждой из башен имелось три ряда окон.
Словно три дома, поставленных друг на друга.
На таком расстоянии невозможно было оценить величину зданий, но они казались очень вместительными — особенно те, что стояли по углам крепости. В западной части Триуна располагались пастбища, загоны для скота, рощи и пруды. На востоке виднелись хлебные поля и сады (в некоторых еще продолжалась уборка урожая), речки с деревянными и каменными мостами, а также несколько зданий, похожих не то на кузницы, не то на оружейные мастерские. Еще мальчик заметил амбары и Храм Брата со звонницей, которая даже издалека была видна вполне отчетливо. В северной части крепости находилась мельница, а также множество жилых домов и большой замок квадратной формы, стоящий немного в стороне. Замок имел отдельную Сторожевую башню и еще четыре высокие остроконечные постройки по углам.
У Арона от напряжения заслезились глаза. Моргнув, мальчик вдруг заметил изысканно украшенное каменное здание, расположенное недалеко от центрального входа. По виду оно напоминало амбар для скота, только вот широких ворот для прохода животных нигде не было видно. С левой стороны от здания громоздились ряды каменных ступеней, подпираемых колоннами.
— Дом Осужденных, — махнул рукой в сторону таинственной постройки Стормбрейкер.
Лорд быстро сделал знак, оберегающий от неудачи, а Дари смущенно закашлялась.
Только Арон не знал, как поступить. Может быть, он должен скромно отвести глаза — из уважения к людям, ожидающим смерти внутри этих стен? Однако, немного поразмыслив, мальчик решил, что это было бы глупо. В конце концов, он теперь принадлежит Камню; рано или поздно ему придется смотреть преступникам в глаза, сражаться с ними в открытом бою и охотиться на тех, кто выберет побег и преследование.