Я чуть с лавки не упала. Вытаращившись на домового, пару раз бестолково моргнула.
- Это как так, вознаграждение… да еще в сто золотых монет?!
- Угу, — кивнул печально Шиш. — Вот и я о том же! Всего сто золотых… могли бы уж тысячу назначить!
- Шиш! — разозлилась я на домового. — Какая к черту тысяча? Меня сам факт вознаграждения возмутил, а не цена!
Домовой оконфуженно хихикнул, прикрыв рот ладонью, и зажмурившись. Видимо его это веселило. Ну. конечно! Сколько он там на свете живет? Поди, сроду такого развлечения не видывал!
- Понял-понял! Скоро, кажись снова обороняться придется! Интересно, кто бы это такой наглый?
- Ясно дело, — зло сверкнула взглядом я. — Елисей, больше некому!
Глава 2
- Так, — хмуро посмотрела я в сторону хлипкой калитки. — Если будет осада, то точно не сдержать ей толпы озверелых мужиков, да баб полоумных, охотчих до золота.
- Это да, — подтвердил мои слова домовой, с кислой миной на лице. — Не сдержать! Ну, Марфа, что делать будем? Опять воеводу просить, чтобы подсобила, да пару ребят к нам на постой отправила?
- Нет, — покачала я головой. — Парой ребят здесь уже будет не обойтись…
- И то верно! Попросим у нее человек десять-пятнадцать! — воодушевился Шиш, сверкая взглядом. — Заодно, авось подсобят и забор сладят, ежели ученик твой психованный так и не удосужился.
- Ой, как тебе нестыдно? — возмутилась я. — На меня охоту вновь открывают, а ты только о заборе своем как о дитя малом переживаешь! Лучше скажи, на каком базаре ты эту весть услышал?
- В дальнюю деревню ходил, от нас верст за сто будет, — радостно поведал домовой. — Там изюм крупнее.
Ага, все-то у него, сплетника где-то лучше, слаще и крупнее, чем в родной деревне. Вот, лишь бы языком чесать, да по сторонам глазеть! Покачав головой, я махнула рукой.
- Ясно, значит, наши пока еще не знают, и можно спокойно подготовиться к осаде.
- Ну, ты только скажи, я тебя в миг перенесу куда хочешь, — приосанился Шиш. — Хоть к Власте, хоть к Терентию.
- Ну, да, выбор у меня велик, — тяжко вздохнула я, глядя как в чашке кофе плавает мелкая упавший с яблони лист.
Пожав плечами, домовой посмотрел по сторонам хозяйским взглядом.
- Так, ежели нам забор своими силами укрепить? То, вполне себе осаду выдержит… я думаю.
- Не выдержит, — решительно сказала я. — У нас с тобой лишь одна надежда — веретенко! Оно отшугнет всех охотчих за золотом и моей головушкой.
- Это да! Хороший гостинец Яга дала, — согласился со мной Шиш. — Кстати! А ступкой ты еще ведь ни разу и не пользовалась! Только собиралась зелье транспортное варить, а все как-то никак.
Я вяло выуживая лист из чашки, кивнула. Это верно, собиралась, да все что-то никак не получалось. То Елисей похищение учинил, то после неделю от пережитого ужаса отходила. Все думала-гадала, куда этот противный парень подевался-то? Что если где-то рядом шастает, да по ночам в окна заглядывает? Хотя, нет. В мои окна он не заглядывает. Его бы тогда Иван Царевич почувствовал бы, и предупредил воем, рыком или… ну, во всяком случае сигнал бы точно подал об грозящей опасности.
- Интересно, а веретенко на Королевича этого могло бы подействовать? — задумчиво посмотрела я на Шиша.
- А кто его знает? — пожал тот плечами. — Наверное, могло бы. Чай он не такой уж сильный колдун-то, а средний.
- Пф! А что же ты этого среднего-то не смог вычислить? — съехидничала я, но, не со зла, а так, натура моя видать ведьмовская начинала пробираться сквозь заросли дремучей в магии иномирянки.
- Маскировался он ловко, — ответил без капли смущения Шиш. — А так-то он мне все время не нравился!
- Ага… а вот золото его, еще как нравилось! — съехидничала я, и погрустнела. — Впрочем, как и мне.
- Ладно, хватит нам препираться, — мудро решил Шиш. — Нужно что-то думать. Как избежать повторного нападения на избушку… думаю, что второй раз нам так просто не отделаться.
- Это верно, — с тоской проговорила я, мелкими глотками допивая остатки остывшего кофе. Настроение мое в раз испортилось, от приподнятой приятности не осталось и следа. — Не отделаться.
В кустах малины послышались какие-то шебаршения, привлекая к себе внимание.
- О, — обрадовалась я, когда из кустов выбрался волк. — Иван! Это хорошо, что ты пришел!
Волк с удивлением на нас посмотрел, как я поняла, он хотел тишком прошмыгнуть куда-нибудь в тенек, но тут я, такая глазастая, его так некстати заметила. Последние два дня, царевич заметно сдал, был грустным, мало ел. Это линька, пояснил сведущий во всех делах Шиш. Ну, хотелось бы в это верить, подумала я, глядя в умные, полные боли и печали глаза царского сына.