Через четверть часа отряд покинул пределы Школы Волхвов в полной тишине, и направился в сторону Иерусалима. Первые лучи солнца показались на горизонте, и теперь рыцари хорошо видели друг друга.
За несколько лет сражений и жизни в пустыне, лица многих рыцарей потемнели и обрели тот цвет, что приобретает давно нечищеная бронза.
Русс находился рядом с Мастером Конрадом впереди отряда. Он быстро освоил управление конём, благо конь ему достался спокойный по нраву и легко подчинялся движениям уздечки.
Отряд шёл по пустыне, солнце ещё не раскалило песок, и настроение у всадников было приподнятое.
- Скажи Русс, не сочти за дерзость, не пригласила ли тебя в гости, в свой дом в Иерусалиме, выбранная тобой Принцесса турнира,- послышался за спиной парня весёлый голос Манфреда Саксонского.
Парень покраснел до корней волос, но ответил спокойно:
- Да, был такой разговор.
- Смею тебя уверить, её отец - благороднейший дворянин, храбрый воин и мирской брат нашего ордена. Он не раз жертвовал большие суммы на благо братьев. Это очень достойный человек.
- А что значит - мирской брат?- спросил Русс.
- Это значит женатый,- ответил Манфред.
- Этот граф большой вельможа при дворе короля Франции, и слывёт одним из самых богатых придворных его двора,- сказал Жерар де Бург.- Младшая дочь графа его любимица, и является самой завидной невестой, чуть ли не во всей Франции. Она уже производит настоящий фурор в высшем свете, несмотря на свой юный возраст.
Русс молчал, но чувствовал, что не сдержится, если кто-либо из рыцарей позволит себе недостойную остроту... Но рыцари, если и шутили, то делали это прилично и со вкусом. Русс был с ними в одном строю, и оскорбить товарища, никто здесь и в мыслях не держал... И уже, по прошествии двух часов пути, показались белые дома и постройки пригорода Иерусалима. Мастер Конрад спешился перед первой большой торговой лавкой и поднял руку. Отряд остановился. Большое разнообразие фруктов и овощей в широких корзинах стояло здесь перед входом. Мастера Конрада хотел купить эти продукты, для братьев-тамплиеров, живших на подворье храма Соломона. Он слез с коня и вошёл в лавку. Лавочник и смотрел на него покрасневшими от слёз глазами.
- Что случилось, уважаемый,- спросил Мастер Конрад торговца.
- Только вчера я похоронил сына. Он был совсем ещё мальчик. Его зарезали люди в чёрном за то, что я перестал платить им деньги,- тихо сказал лавочник
- Если будет угодно Господу, мы найдём их и покараем,- сказал рыцарь-тамплиер.
- Это будет справедливо,- отозвался торговец.
Через несколько минут отряд рыцарей Школы Волхвов наполнил овощами и фруктами две пустые повозки и тронулся дальше.
Лицо Мастера Конрада несколько потемнело. Это не осталось незамеченным для Русса, ехавшего рядом.
- Что нибудь случилось? спросил он Мастера Конрада.
- Ты сегодня же сможешь исполнить свою клятву, если это будет угодно Господу,- сказал рыцарь-тамплиер, сурово взглянув на Русса.
Парень почувствовал, как кровь ударила ему в голову, и потеплела правая рука.
- Где они,- спросил Русс, взявшись за рукоять меча.
- Мы скоро это узнаем, - сказал Мастер Конрад.
Отряд уже подъезжал к городской стене, когда командир отряда спешился и подошёл к старику, сидящему на завалинке.
- Послушай, уважаемый,- сказал Мастер Конрад по арабски, - не видел ли ты всезнающего Ахмеда вчера, или сегодня?
- Зачем его видеть? Знать надо, где он,- ответил старик загадочно и рассмеялся, рассматривая могучий меч тамплиера с крестообразной гардой.
Мастер Конрад улыбнулся, и демонстративно достал золотой.
- Ну и где он?
- Ахмед там, где чайник...- сказал старик весело, и обнажил чёрные зубы.
- А где чайник?- спросил Мастер Конрад с улыбкой.
- Чайник там, где Ахмед,- засмеялся старик.
- А где стоит этот чайник, скажи нам, уважаемый. Мастер Конрад подбросил перед собой золотой динар.
- В чайхане, в самом конце базарной площади, - сказал старик и раскрыл ладони. В тот же миг в них влетела большая золотая монета. Коричневое лицо старика просияло, он воздел руки к небу и произнёс благодарственные слова.
Через четверть часа небольшой отряд тамплиеров вместе с Руссом подъехал к базарной площади. Все всадники спешились. Русс и ещё два рыцаря остались возле коней, а Мастер Конрад вместе с германцами Вальтером и Генрихом вошли в чайхану. Все взгляды были устремлены на белые плащи с алыми крестами, когда они проходили по базарной площади, и в большинстве этих взглядов сверкала ненависть. Послышались проклятия в адрес рыцарей.
- Собаки лают, караван идёт,- сказал Вальтер фон Хагенау, замыкающий тройку тамплиеров.