Сиюнь:
- Я просто опрошу нескольких людей. Займите комнаты и отдыхайте. Не стесняйтесь тратить деньги на всё, что пожелаете.
Она встретилась взглядом с Цзи Куан. Та, кажется, с подозрением оглядывала женщину с ног до головы, заметив что-то странное. Однако Сиюнь лишь улыбнулась и, скрывшись за шляпой, ушла.
Дабы собрать больше информации, не вмешиваясь в дела простых людей, женщина продолжала бродить по оживлённым улочкам, прислушиваясь к чужим разговорам.
- Госпожа, не желаете приобрести несколько украшений? Они отлично подойдут к Вашим… Вам.
Торговка окликнула Сиюнь, чтобы обратить её внимание к драгоценным камням. Она собиралась расхваливать внешность женщины и убедить приобрести что-то подороже, но та, обернувшись, заставила девушку умолкнуть на полуслове. Дело в том, что Сиюнь намеренно скрывала верхнюю часть лица, и все последующие фразы о красоте её глаз потеряли какой-либо смысл.
Сиюнь же, напротив, заинтересовавшись, подошла к девушке, чтобы спросить:
- Скажите, не происходило ли в этом городе чего странного? До меня доходили слухи, что здесь блуждает пара непослушных духов. Я бродячая заклинательница, меня интересуют подобные явления.
Пока она говорила, её рука подложила золотой слиток средь множества украшений, при чём, сделав это так, чтобы заметить могла только интересующая её персона.
Проследив за её движением, девушка сначала была возмущена, но как только её глаз достиг золотистый блеск, улыбка стала куда дружелюбней. Спрятав драгоценность в рукав, девушка без утайки рассказала:
- Да-да, припоминаю, что-то такое. Неделю назад мы обратились к заклинателям неподалёку, но они не проявили ни малейшего интереса. Духи сильно разбушевались и если бы не заклинатель, прибывший несколько дней назад, мы бы с вами уже точно не беседовали!
Жалоба поступила совсем недавно, однако она утверждает, что прошла уже неделя. Если это действительно так, похоже, кто-то намеренно задерживает информацию.
- Можно поподробней? Как выглядел тот мужчина?
Как только этот вопрос слетел с губ собеседницы, в глазах торговки вспыхнули странные огоньки, и она смущённо сказала:
- Он… он был очень красив, не многословен, но очень красив!
- А отличительные черты, одежда или имя?
- Да кто же смотрит на одежду, когда перед глазами такое на редкость красивое лицо? Помню, на одежде были птицы. Имени своего он не сказал, но я точно разглядела, как он использовал веер в бою. Кто бы мог подумать, что такое изящное украшение может вызвать столь сильный порыв ветра!
Она ещё долго восхваляла способности мужчины и его внешность.
Сиюнь со всех сил старалась отогнать самые худшие опасения прочь. Если это правда он… Женщина поблагодарила торговку за разъяснения и пошла обратно, игнорируя назойливые мысли о личности того заклинателя.
В вечерние время улицы и вправду освещались таинственным красным светом фонарей. Сиюнь вернулась к постоялому двору вовремя, чтобы застать летящие наружу стулья. Один из них с треском ударился о каменную стену и разлетелся на мелкие щепки.
- Теперь ясно, почему глава отказался от тебя! Ты просто мусор в истории ордена! Твоя мать опозорила главу, породив отродье вроде тебя!
- Что ты сказал?!
Сначала Сиюнь подумала, что застала пьяную драку мужчин, но никак не ожидала услышать голос собственного ученика! Зайдя внутрь, она увидела, как Пэн Луфенг препирался с адептом собственного ордена. Несколько людей напротив него носили сапфировые накидки как символ принадлежности к ордену Бушующих Вод. Такие же своевольные, как и воды в неспокойном океане.
В полном хаосе владелец и прислуги прятались, где могли. По всей видимости, юноши спорили довольно долго, ведь по исчерпанию словесных аргументов они взялись использовать более тяжёлые – столы и стулья, от которых теперь остались разве что обломки. Но обе стороны и не думали останавливаться. Пока у противников оставалась смелость подначивать друг друга, яростные искры в их глазах никогда не погаснут. Однако прежде чем спор перерос в более масштабную драку, Сиюнь остановила пустившиеся в ход кулаки.
- Не лезь! – прорычал Пэн Луфенг, но её ученики поприветствовали её вмешательство радостными вскриками.
Напряжение в их кулаках ничуть не убавилось. Понимая, что её действия не возымели должного результата, женщина пригрозила адептам ордена: