Не успела утихнуть буря, как снова нагрянула грозовая туча. Любой бы, кто смотрел на них до, после и во время сражения, мог сделать вывод, что отношения между этими двумя мастерами не поддавались краткому описанию, но больше всего они удивлялись способности Хай Фена разрядить обстановку лишь одной улыбкой.
- Если таково твоё желание, я его исполню.
Глава 12
После того, как Сиюнь отдала письмо самому близкому к главе человеку – Ю Шеню, - она вернулась в покои и тяжело рухнула на постель. Хоть её удар не нёс большой силы, Хай Фен, защищаясь, задействовал не менее половины. Это не принесло особого вреда, но все её меридианы оказались в беспорядке. Она чувствовала, как духовная энергия циркулировала неправильно, вызывая большой дискомфорт и мелкую дрожь в руках.
На некоторое время женщина впала в медитацию. Она даже не заметила, как в комнату кто-то вошёл.
В какой-то момент сквозь глубокое погружение в собственное сознание женщина уловила стук пальцев по столу. Казалось, такой тихий и не значительный звук не мог потревожить даже самый чуткий сон, но для человека, находящегося в медитации в закрытой комнате этого вполне хватало для пробуждения.
Ресницы Сиюнь дрогнули. Глаза, подобно волнам в океане захлестнули фигуру мужчины, окутанную лунным светом. Искупанный в ночном свете профиль лица казался безупречным. Внезапный порыв ветра заполнил комнату приятной свежестью. Он сорвал несколько листьев по пути и аккуратно уложил их на ковёр, но во тьме этого не было видно, как и выражения лиц мастеров.
Сиюнь чувствовала на себе пристальный взгляд мужчины. Она не знала, когда он вошёл или сколько здесь пробыл, но смотря на высоко парящую луну в ночном небе, поняла, что час крысы*давно миновал.
*Время с 11 до 1 часу ночи (3-я стража) – период активности крысы.
Губы Хай Фена шевельнулись. Он, кажется, не знал, стоит ли сначала извиниться или спросить о её самочувствии.
- Я думал, ты не из тех, кто отпускает противников невредимыми.
- Я тоже так думала, - Сиюнь еле заметно покачала головой. – Если бы мы сражались в полную силу, боюсь, это привлекло бы слишком много постороннего внимания.
В конце концов, именно Хай Фен был тем, кто слишком разошёлся.
- Прости, - через некоторое время раздался его виноватый голос.
- Ты стал гораздо сильнее с нашей последней встречи.
- Ты тоже. Не удивлюсь, если ты сможешь призвать громового дракона, - Сиюнь не могла видеть, но она отчётливо слышала звук раскрывающегося веера.
Зачем скрывать выражение лица ночью?
- Что ты собираешься делать?
С первого раза слушателю этот разговор мог показаться простым обменом любезностей между мастерами, но их голоса с каждой фразой становились всё тише, пока собеседники и вовсе не перешли на шёпот.
- Стоит подождать.
- Сколько ещё ты собираешься ждать?!
- Хай Фен, будь спокоен(*).
*Твёрдо сохраняй покой, и тогда вещи будут изменяться сами собой.
(«Дао Де Цзын» Лао-цзы)
- Тебя обвинили в том, чего ты не совершала! У тебя есть план?
- Да.
Этот короткий ответ превратил привычную тишину в угнетающее молчание.
- Я займу место главы клана, сразившись со старейшинами.
Последнее время Сиюнь постоянно прокручивала алгоритм действий. Она знала, что как только её обнаружат, желающих заполучить письмена путём убийства станет непомерное количество.
Женщина сотню раз жалела, что рядом нет их наставника. Её часто посещали мысли о том, что бы он сделал в такой ситуации. Наверное, он бы погладил её по голове, и предпочёл разобраться во всём в одиночку. Однако она уже не могла увидеть его тёплою улыбку на хорошо знакомом сморщенном лице старика или почувствовать нежность его рук, когда он хвалил своих учеников, гладя тех по голове.
И сколько бы она не оглядывалась, теперь никто не подскажет ей верное решение.
- Позволь мне помочь. – Уверенный голос Хай Фена снова вывел её из раздумий.
- Ты проиграешь.
- Как и ты,- ответ последовал настолько быстро, что практически заглушил возражения женщины. Внезапно мастер ветров что-то понял и чрезвычайно взволновано выпалил:
- Только если ты не собираешься использовать Карту Бога!
- У меня её нет.
- Но ты точно пыталась её создать.
Бесполезно опровергать истину. Хай Фен читал её как открытую книгу. Точно так же как и она его.
Он окинул взглядом полку, переполненную книжками. Мужчина точно знал, что Сиюнь не перестала сочинять писания по сей день. Он знал, какую тайну они скрывают, ведь с их помощью достиг того, что имеет сейчас. В душе он проклинал каждую строчку этих трактатов. Он мечтал иметь возможность повернуть время вспять и сжечь всё, до последней страницы, даже если бы платой за это стала потеря будущего в мире культивации.