- Это их собственные нравы. Не все здесь подобны тебе.
Сиюнь кашлянула в кулак, пытаясь избежать разговора на эту тему.
- Мои вещи… Они уже на месте?
- Точно! Если я снова ничего не спутал, они уже должны быть у ворот.
Способности других мастеров и вправду были намного лучше, чем у главы Ю, поэтому приказывать он им не мог.
Она поклонилась и направилась к главным вратам, желая проверить, там ли её вещи.
Возле главных ворот столпилась кучка адептов, взволновано разглядывающих что-то. Их бурные обсуждения разносились далеко в пределах школы, также можно было заметить, как, отходя, ученики бросали косые взгляды на Сиюнь и, отворачиваясь, снова принимались перешёптываться. Подойдя ближе, женщина узнала красно-чёрные одежды своей ученицы, стоящей в центре толпы.
- Это ваше? – на протянутой в сторону руке блеснуло несколько золотых браслетов. Она указала на десяток коробок, стоящих у стены.
- Моё, - без утайки сказала женщина.
Ученики тут же расступились. На месте осталась только Цзи Куан, сжимая что-то за спиной.
Сиюнь подумала, раз уж её вещи вызвали такой ажиотаж, неплохо было бы воспользоваться их интересом.
- Ничего особенного. Пара книжек и некоторые личные вещи. Раз уж вы все здесь собрались, почему бы вам не помочь всё это перенести?
На самом деле их содержание не ограничивалось «парой книжек». Эти маленькие коробочки, не смотря на их размер, были забиты магическими артефактами, запрещёнными трактатами и могущественным оружием и весили куда больше, чем казалось на первый взгляд. Она не имела роскоши жить в большом доме, держать при себе носильщиков или путешествовать в большой повозке. Все действительно важные артефакты она хранила при себе, а все остальные вещи, если не забывала о них, помещала в духовное пространство.
Сиюнь – мастер боевых искусств, донести всё это в одиночку, конечно же, не составит труда, но эти дети появились в удобное для неё время.
От безысходности некоторые ученики действительно принялись переносить ящики, а некоторые, стараясь незаметно улизнуть, были схвачены их товарищами и насильно втянуты в это дело. Цзи Куан же, даже не пытаясь скрыть этого, ушла прочь, толкая молодых адептов на своём пути.
После большой перестановки комната будто заиграла новыми красками. Атмосфера освежилась благодаря нескольким горшочкам с цветами и светящемуся кристаллу, что непременно служил для какой-то мистической цели. Домашнего уюта придавал мягкий ковёр, лёгший на пол после проведения тщательной уборки. Пустые полки заполнили книги, лучи солнца заиграли по-другому, изучая новую обстановку.
Ученики осматривали комнату, завистливо вздыхая.
Глава 5
За скопом дел Сиюнь и не заметила, как время уже подошло к обеду. На этот раз она не пошла в большой обеденный зал, а направилась прямиком к тренировочному полю.
Она не была полностью уверена, что все ученики придут.
Чтобы скрасить минуты скуки и не тратить время впустую, она вынула меч из серебристых ножен. Его острое лезвие отразило спокойное лицо Сиюнь, на котором замерла слабая улыбка. В большинстве случаев рукоять меча украшала кисточка, но сейчас её роль исполнял колокольчик, а потому каждый шаг, каждый взмах меча сопровождался приятным звоном.
Как только Фухуа покинул ножи, небольшая полоса света разрезала пространство перед женщиной. Она сделала выпад, потом ещё и ещё. С каждым выпадом её движения становились всё быстрее, а удары сильнее. Спустя несколько мгновений она стала подобна громовому дракону. Такие точные и быстрые движения. Секунду назад она была рядом, а в следующий момент звук колокольчика приковывал внимание человека к месту в десятках чжанов* от него.
Чжан - мера длины, в современном исчислении 3,2 м(в древности 1,9-3,4 м).
Стоило направить потоки духовной энергии к лезвию, и он начинал извергать молнии, искрясь ярко-серебристым сиянием.
Она взмыла в воздух, бесчисленными движениями описывая вокруг себя какую-то фигуру.
Скорость была настолько большой, что ранее мягкие потоки ветра становились подобны острым мечам. Ветер яростно развивал бирюзовые одежды Сиюнь. Противостоять ему было крайне сложно. Казалось, что пройдёт всего мгновение и заклинательница падёт, сражённая беспощадными порывами. Но действие продолжалось настолько долго, что люди бы начинали сомневаться в подлинности картины перед глазами.
Наконец, Сиюнь прервала нескончаемое мерцание серебряных молний.
Мягко приземлившись, женщина вложила меч в ножи. На её теле не виднелось ни единого пореза.
Подняв взгляд в небо, можно было различить очертания небесно-голубого пиона. Однако любоваться его цветением оставалось недолго. В одно мгновение он рассыпался на мелкие осколки. Подобно снегу, они, едва коснувшись земли, таяли, оставляя за собой приятное послевкусие. Этот момент был подобен созерцанию фейерверков. В одно мгновение они расцветали в сердце зрителя, а потом бесследно исчезали во мраке ночи.