— Что? — повторяла она как попугай одно единственное слово, словно других в ее лексиконе не было.
— Андреев сказал, что вас двое.
— Да, — пробормотала девушка. Я уже очень сомневался в наличии интеллекта в ее блондинистой голове. Природа, похоже, на ее мозгах отдохнула. Интересно, как она попала в мед, еще и умудрилась его окончить? Деньги? Вздохнул, догадываясь, что с избалованной блондинкой будет не сладко.
— И где второй?
— Что?
И это уже было на грани моего ангельского терпения.
— Я непонятно изъясняюсь?
— Нет.
— Тогда почему ты не можешь мне внятно ответить на вопросы, которые я задаю? Я ведь даже к рабочим моментам не перешел, а уже хочу отказаться от наставничества, — возмутился я, смерив ее взглядом.
— Я м-м-могу.
— Н-н-не з-з-н-наю.
Еще и заикается!
— У тебя с речью проблемы?
Блондинка отрицательно качнула головой, но говорить больше не осмелилась. Неужели я ее так напугал, что девчонка не могла собраться с мыслями и начать внятно отвечать?
— Это ординаторская. Оставайся пока здесь. Я подумаю, что с тобой делать. Заодно выясню, где второй.
— Мне п-п-просто с-с-сидеть? — спросила она, но я не стал отвечать.
«Господи, за что мне это? Где я успел так сильно нагрешить, чтобы на меня свалилось вот это безобразие? Я ведь за этот месяц всех в клинике поубиваю».
Про то, что интерны задержатся дольше, я даже мысли не допускал. Тут бы найти в себе силы и выдержать этот срок. Я уже представлял, насколько длинным для меня станет этот месяц.
Не успел я отделаться от одной головной боли, как появилась вторая. Точнее, второй.
Главный врач привел мне своего протеже. Ну, с этим все было понятно: деньги, связи. За его будущее я не волновался, там на лбу было написано крупными буквами, что ни с какой медициной он жизнь связывать не станет. Этого я не против был оставить в интернатуре, такой не будет рваться в работу и вообще не станет мешаться под ногами. Этот наследничек династии только и будет, что отлынивать от любых дел и прятаться в ординаторской.
— Вторая тоже чья-то протеже? — спросил я, досадуя о том, что успел забыть о существовании девчонки.
За время пока перебирал документы, вспоминал, какие вопросы не решил до отпуска, выкинул из головы факт существования интернов. Жаль, таким образом нельзя было избавиться от них по-настоящему.
— Нет, что вы, Лана лучшая на курсе, — заверил нас парень. Но я сомневался, что это на самом деле так. — Она очень рвалась в интернатуру именно в эту клинику.
— М-да уж. Когда это мед успел так сильно снизить планку?
— В каком смысле? — уточнил парень, но я только отмахнулся.
Выйдя из кабинета, поймал проходившую мимо медсестру Ларису.
— Проводи, пожалуйста, интерна в ординаторскую, — попросил я.
Та кивнула и, ничего не говоря, повела парня. Я же остался с главврачом наедине.
— Петр Романович, признайтесь, вы меня выжить из клиники решили? — спросил я, повернувшись к начальству.
Тот искренне удивился, округлив глаза. Он никак не ожидал от меня подобного вопроса.
— С чего бы мне стараться выжить лучшего хирурга клиники? Интерны рано или поздно приходят ко всем опытным врачам за знаниями, за практикой, в конце концов. Откуда в твоей голове такие мысли? — постарался переубедить меня Андреев.
— Может, с того, что вы приставили ко мне мажора, которому вообще медицина до лампочки, и тупую блондинку? Она, может, чего-то и хочет, но с ее интеллектом только в санитарки. И то не уверен, что она справится. Слишком криворукая, — высказался, надеясь, что мои слова хоть как-то повлияют на решение главврача участвовать в этом фарсе.
— Девушку мне лично декан университета рекомендовал. Зря ты так. Может, растерялась, переволновалась? А может, в шоке, что у нее такой красавец начальник? Вдруг влюбилась? — ухмыльнулся Андреев.
— Этого только не хватало. Надеюсь, вы правы, и она просто растерялась или переволновалась. Только что-то мне подсказывает, что я с ней еще намучаюсь.