– У вас…то есть у тебя нет соседей? – подняла взгляд на него.
– Нет, мне без них комфортней, да и места тут для соседей больше нет, – как ни в чем не бывало объяснил он. Мужчина достал из кармана карточку и поместил ее в отверстие рядом с ручкой. Дверь пискнула, и Сергей открыл ее, предварительно достав карточку назад.
– Добро пожаловать, – пригласил он меня.
Я зашла в безумно огромное пространство в холодных выдержанных цветах от темно–серого до синего. В прихожей стояла черная мебель: скрытый шкаф для верхней одежды, пуфик, зеркало в темной рамке. Комната была очерчена белым мраморным полом с черной крапинкой. Очень стильно…и по–холостятски.
– Ух ты! – я не удержала восторга. У меня давно закралась маленькая мечта самой когда–нибудь оформить собственное жилье, нравилось смотреть картинки с интерьерами и подходящей под стиль мебелью.
Сергей терпеливо дождался, когда я разуюсь и пройдусь по всему пространству квартиры, рассматривая каждое интересное дизайнерское решение.
Левая дверь в цвет стен прихожей вела в невероятную размером гостиную, где по всей длине стены расположился книжный стеллаж из темного дерева, который был заставлен книгами на разных языках. Я и мечтать о таком не могла. Сразу взяла на заметку, что обязательно в свободную минутку ознакомлюсь с библиотекой.
Посередине комнаты стоял огромный белый кожаный диван, а на большей части стены расположился плазменный телевизор. Около дивана стоял в изогнутой овальной фигуре стеклянный журнальный столик.
На стенах были картины неизвестных мне художников. Они были в черных рамках на белом фоне, на которых, в основном, были морские волны. На одной картине явно были изображены черные штормовые волны, на другой же тихая бирюзовая морская гладь, на третьей береговые волны с пористой пеной. Интересная метафора жизни получилась. Я тоже всю жизнь думала, что у меня все будет тихо да гладко, а тут все обернулось настоящим цунами.
Но самое завораживающее было на стене, выходящей на улицу. Перед нами в панорамных окнах развернулся тот самый «маленький Манхэттен», который я видела из окна машины. Но теперь я смотрела на город с высоты птичьего полета.
– Это просто невероятно, – прошептала я.
– Согласен, есть свои плюсы работы в цирке, – с усмешкой ответил голос позади меня. Я с улыбкой закатила глаза. Да, уж, явно не у клоуна такой утонченный вкус.
Пока я рассматривала комнату, у меня не проходило ощущение, что меня очень внимательно изучали, особенно сзади. Я повернулась к Сергею, и наткнулась на его пронизывающий до мурашек взгляд. Я даже забыла, что хотела ему сказать, поэтому просто молча ждала его слов.
– Давай пройдем на кухню. Кофе хочу до смерти, а ты? – спокойно сказал он, не отрывая от меня глаз.
Я же очень быстро встряхнулась при упоминании чашечки кофе. Уверена, что он у него безумно вкусный.
– Да, я бы выпила кофе.
Мы вышли в прихожую, и зашли в комнату справа от нее. Это была кухня – кристально белая, с такой же белой столешницей под мрамор, на фоне которой очень отчетливо выделялась красная кофе машина, посередине комнаты стоял белый круглый стол с черными ножками и пятью бордовыми стульями по радиусу. Вид из кухни был такой же магический, как и в гостиной.
– Присаживайся. Ну, как, сгодится логово холостяка? – спросил он, стоя спиной, маневрируя с кофе машиной.
– Она чудесная. Только не понимаю, причем тут мое одобрение? – я снова напряглась. Он же не хочет, чтобы я жила тут.
– Как зачем? Моя невеста живет со мной, – он на повернулся ко мне, оценив реакцию, – Неужели ты правда думала, что сможешь жить у себя, пока длится наш маленький секрет.
– А как же Лена? Мне же надо за аренду платить. И на работу отсюда далеко ехать.
– Какую работу? Ты работаешь этот месяц со мной. Не забыла, что я невесту заморскую привез, какая такая работа? – я была в шоке. Точно. Я не могу работать и как–то пересекаться со старой жизнью, пока все это будет длиться.
– Я не смогу просто отпроситься с работы. Раз я возвращаю долг, то я даже ничего не заработаю, как я буду платить за аренду? Меня уволят. Что мне делать, когда вся эта авантюра закончится?
– Отставить панику. На, вот, пей кофе, займи чем–то свой милый ротик, – господи, почему я в каждом его комментарии слышу неприличные отсылки? Я что совсем голову потеряла от воздержания? Так, мысли опять ушли не в то русло.
Сергей тоже, казалось, о чем–то своем думал, глядя на мой «милый ротик». Его глаза будто залились тьмой, его челюсть напряженным движением двинулась в сторону. Что это с ним? Ах, да, он – молодой богатый бабник, а тут я – молодая бедная «дева в беде». По нам хоть фильм снимай. Я закатила глаза от собственных мыслей, а на Сергея это, похоже, подействовало, как леденая вода на спящего, он отмер.