– Я в курсе про ваши недопонимания с Тимуром. Мне очень жаль, Кира Андреевна. Мой сын иногда бывает невыносимым.
– Ничего, я же преподаватель. Моя задача искать контакт с любыми учениками.
– Согласна. Рада вашему подходу. Тогда, если позволите, у меня просьба.
– Конечно, – соглашаюсь, совершенно не ожидая подвоха.
– Вы не могли бы позаниматься с Тимуром отдельно? Он плавает по вашему предмету. Считает его не нужным. Но так как мы как раз работаем над новым проектом, который планируем реализовать во Франции, боюсь мой сын сильно ошибается.
– Я понимаю, Галина Александровна, но я очень загружена.
Женщина называет сумму. Настолько большую, что я застываю.
Дело не в деньгах. И не в том, что продумываю причины для отказа. Просто судя по выражению лица, отказ – не вариант. Она все равно своего добьется. Именно от нее у Тимура твердый, упрямый подбородок.
Или соглашаюсь, или…
Может я себя накручиваю?
Но тут Галина пускается в подробные объяснения, буквально умоляя меня понять ее как женщина женщину. Чуть не плачет. Начинает с самого тяжелого – болезни мужа. Невозможно слушать равнодушно ее рассказ.
– Я так боюсь, что упустила его. Поэтому приехала. К сожалению, вряд ли смогу задержаться надолго. Он будет идеальным учеником, клянусь вам, Кира Андреевна. Один косой взгляд – сразу будет расплата. С Тимуром иначе нельзя, приходится очень жестко. Все будет под моим контролем. Под камеры.
Поеживаюсь. Звучит как концлагерь. Зачем все это? Неужели так сложно найти частного преподавателя? Выписать из самой Франции, например?
– Он согласился заниматься только с вами, – вот и объяснение, не заставило себя ждать. Ну разумеется!
– Я понимаю, что это манипуляция. Но давайте попробуем? Оценим результат и будем двигаться по мере получения информации?
– Вы немного застали меня врасплох.
– Понимаю, Кира. Мы же можем отбросить отчества? Я старше вас, но можете называть меня тоже по имени. Очень надеюсь, что эти деньги вам пригодятся. Вы же недавно в нашем городе? Я могу помочь решить вам любые проблемы.
Глава 17
– Я круглая идиотка, не надо было соглашаться, – чуть ли не рву на себе волосы, пока Мария везет меня домой.
– Успокойся. Ты все правильно сделала. Не стоит начинать сотрудничество с отказов. Позанимаешься, ничего страшного. Деньги отличные. Позвоню своему знакомому риелтору, пусть найдет тебе жилье поприличнее и поближе к универу. Это же классно, когда жизнь налаживается.
Молчу, отвернувшись в окно. Маше легко говорить. Это не к ней приставал мажор с поцелуями. От которых кружилась голова и пульс зашкаливал.
Выхожу из машины в своем дворе, прощаюсь с подругой.
Машу ей рукой, иду к своему подъезду.
– Кира!
Оборачиваюсь резко и обмираю от изумления. Не могу поверить своим глазам!
Ко мне направляется… Павел!
– Что ты здесь делаешь? – выдавливаю из себя, не узнавая собственный голос.
– В гости приехал.
– Издеваешься?
– Абсолютно нет. Нам о многом нужно поговорить. Давай не здесь?
Он серьезно думает, что впущу его в свою квартиру? С ума сошел? Шок проходит, начинает закипать негодование.
– Как тебя твоя Светлана отпустила?
– Мы расстались.
– Сочувствую. Я тут при чем?
– Ехидство тебе не идет, Кира. Идем в квартиру, – продолжает настаивать.
Из подъезда выходит соседка, смотрит на нас с любопытством. Это заставляет решиться.
– Хорошо, пошли. У тебя будет полчаса, – киваю и проскальзываю в подъезд.
Внутренности будто холодное противное желе, все дрожит, озноб по телу. Встреча с прошлым оказывается вещь крайне неприятная. Никакого злорадства по поводу того, что у бывшего не сложилось с любовницей у меня нет. Только опустошение и тошнота. Зачем он приехал? Разбитую чашку не склеить. Никогда я уже не поверю этому мужчине!