- Да, что ж, сынок, я тебе грязную рубаху что ль должна принести. - Всплеснула руками бабка.
- Всё верно. Именно грязную. Чистая не подойдёт.. - Закивал головой Стив.
Бабка вышла из комнаты и через минуту вернулась, держа в руках платье матери младенца, только утром залитое молоком и ещё не успевшее попасть в стирку.
Стив протянул к одежде руку, но старушка как-то в сомнении не решалась её отдавать.
- Да, Вы не бойтесь, бабуль. Меня этому жена научила: когда матери нет рядом, малышу, чтоб не плакал, нужно дать одежду с ее запахом.
Стив аккуратно взял платье из рук бабушки и свернул в виде конвертика. Этот полученный текстильный элемент он положил рядом с малышом и очень нежно поднял ребенка на руки, совершая убаюкивающие движения. Маленький носик глубоко вдохнул аромат маминого платья и затих. Бабка стояла в недоумении.
- Ох, сынок. Спас ты меня.. - Расшаркивалась она в благодарности. - От разрыва сердца спас. Я уж и не знала, что сделать, чтоб не плакала моя голубка.
Стив внимательно смотрел на младенца. Это была девочка полутора месяцев с большими глазами и до крайности красивым лицом. Её маленькие пальчики крепко уцепились за пальцы Стива. Это было так трогательно и приятно. И этот запах маминого платья. Почему-то он казался очень знакомым.. Стив сперва решил, что это запах материнского молока и у всех рожениц он имеет одинаково-схожие оттенки. Мужчина наклонил лицо к малышке и глубоко вдохнул этот удивительный запах. Нет! Это был запах не молока! Это был запах.. Соф!
Стив отвел голову в сторону.
- Мне кажется, я начинаю сходить с ума. - Тихо сказал он сам себе. - Мне везде чудится Соф.
Стив вновь посмотрел на кроху. И вдруг её лицо ему показалось схожим с лицом любимой женщины.
- Нет, Стив! - Уговаривал он сам себя. - Её мама, Шейла, сейчас вернется, я отдам деньги и вернусь домой, где меня ждёт Смайл.
Неожиданно входная дверь открылась и на пороге появилась заснеженная барышня.
- Ой, мам, а что ж Вы двери не закрываете? - Отряхиваясь от снега и снимая верхнюю одежду, говорила девушка. - Я задержалась. Простите. Да и Норин должна была уже проснуться, ей давно пора есть..
Девушка быстро вымыла руки и зашла в комнату, готовая приступить к кормлению дочери.
- Тут к тебе пришли. - Тихо прошептала бабушка, кивая на мужчину, стоящего спиной к девушке. - Я тогда пойду, воздухом подышу, а вы поговорите.
Бабушка, шурша ногами, сперва исчезла из комнаты, где-то в дверях накинула на себя теплую шаль и как-то незаметно оказалась снаружи дома.
- Шейла? - Поворачиваясь, загадочно произнес Стив.
Он удивлённо смотрел на женщину и не верил своим глазам: прямо перед ним стояла Софьяна. Она молча разглядывала растерянные черты лица все еще любимого мужчины. В его голове звучали тысячи вопросов и Соф слышала почти каждый, умело читая их в отражении горящих глаз.
- Прости меня, Стив. - Тихо произнесли сжатые губы Соф.
В её глазах заблестели слезы боли.
- Софьяна, не надо. Молоко пропадет! - Переполняясь воспоминаниями, тактично попросил Стив.
Он осторожно протянул женщине малышку:
- Норин кушать просила. Покормишь?
Софьяна с благодарностью взяла дочь на руки. Почуяв сладкое молоко, Норин громко заплакала, рассказывая маме, что она о-о-очень хочет есть. Соф, не стесняясь Стива, обнажила грудь и маленькое существо тут же поймало своим ртом упругий сосок, извлекая из него вкуснейшее питательное молоко и аппетитно причмокивая от наслаждения.
Стив молча смотрел на свою жену. А маленький дом, тем временем, убаюкивал домашним уютом, пах свежевыстиранными пеленками и горячим пшеничным хлебом.
Эпилог
Софьяна стояла между двух парней. Финмор торжествовал, ожидая денежный перевод, как вдруг..
С верхних ветвей одиноко стоящего дерева, громко издавая неприятные крики, на него обрушилось страшное пернатое существо. Расправив свои огромные крылья и выставив вперед острые когти, оно летело прямо на парня. Финмор испугался, направил ствол вверх и..
Неожиданно раздался выстрел.
Софьяна вскрикнула и, словно подчиняясь зову сердца, подняла руки навстречу падающей птице. В её объятья тут же опустилась некогда знакомая ушастая сова. Пуля прошла насквозь. Прямо через её сердце.
Огромные жёлтые глаза птицы были открыты.
- Фукуро, не умирай. - Тихо прошептали пересохшие губы Софьяны.
Руки глубоко утонули в мягком оперении лесной хищницы, чувствуя, как из раненого сердца постепенно уходит жизнь. По ладоням струилась горячая липкая кровь. Неожиданно напряжение, собравшееся внутри испуганной женщины, вырвалось наружу криком дикого зверя..