- Вернись.. Отпускаю.. Люблю..
Софьяна неожиданно почувствовала поцелуй этого мужчины на своих губах. Его влажное чувственное касание тысячами стрел маленького Амура пронзило её обнаженную перед истиной душу. Тело ощутило тепло сильных и одновременно нежных ладоней Стива, скользящих по стройной фигуре и пускающих приятную волнующую дрожь. Таких родных. Таких знакомых. Всё пространство вокруг словно наполнилось весенней свежестью и волшебной музыкой природы. Невидимые поцелуи Стива лёгкими кругами расходились по коже, едва коснувшись её нежного бархата. Шуршанием клейкой молодой листвы рождались тихие слова, шепотом слетающие с влажных губ влюбленного мужчины, её мужа! Они отражались от напряженно-раскаленного воздуха и растворялись где-то в глубине женского бессознательного:
- Люблю.. Отпускаю..
Ноздри Соф широко раздувались, глубоко вдыхая знакомый запах волос Стива и наполняя разум новыми нотами настоящей чувственной страсти и послевкусием искренней взаимной любви..
Тут Соф ощутила сильную боль, острой иглой прошивающую её сердце. Коротко вдохнула, закрыла глаза и потеряла сознание..
Когда Софьяна пришла в себя, она лежала на кровати в спальне Стива. Рядом стоял Норман. Он обеспокоенно смотрел на Соф. В руках Стива находился пузырек нашатырного спирта.
- Соф, любимая, как ты себя чувствуешь? - Тут же спросил Норман, замечая, как открылись её глаза.
Женщина ничего не ответила.
- А где Смайл? - Спустя минуту, с некоторой тревогой уронила в пространство Соф, медленно переводя взгляд на Стива.
Захлебываясь в его печальных глазах, женщина поняла бесконечную боль своего предательства. Она посмотрела на Нормана: неудержимый огонь его любви обжигал. Тревога за неё сводила парня с ума и отбирала трезвый рассудок..
Теперь Соф помнила всё! И даже больше..
Дом, полосатая Каё, беспокойный Кэш, отважная Фуко и не по годам мудрый Смайл.. Все они были безгранично несчастны, потеряв свою прекрасную Соф.
- Смайл ушел к другу. - Знакомо-приятным голосом ответил Стив.
Звук его речи отразился внутри Софьяны мелодичными нотами. Так на рассвете поют соловьи: тонко, изящно. Так по весне журчат ручьи: счастливо, звонко. И только так отбивает ритм глубоко влюбленное сердце..
- Стив, я могу попросить тебя предать тело погибшей совы земле? - Дрожащим голосом попросила учительница. - И Смайл не должен об этом ничего узнать.. - Аккуратно подбирая слова, говорила Софьяна. - Пусть малыш думает, что птица улетела в свою стихию..
- Хорошо. Я всё сделаю, как ты просишь. - С грустью пообещал Стив.
- Норман, покажи Стиву, где находится тело птицы. - Обратилась она к парню.
- Как скажешь. - Тихо согласился Норман..
Соф не выходила из своего номера уже неделю. Взяв официальный больничный, она совсем не хотела никого видеть. Ее двери были заперты изнутри. Ни Стив, уговаривая Софьяну открыть ему, ни Норман, пару раз заночевавший под дверью любимой, не могли установить с ней контакт. Женщина, глубоко погрузившись в чувство вины, безутешно плакала. Она ясно представляла, какую великую боль она причинила своему любящему мужу.. а ещё она боялась.. до ужаса боялась посмотреть в его влюбленные глаза. Она знала, какую именно информацию может прочитать в них - Соф всегда читала своего мужа через глубину его красивых глаз. Софьяна чувствовала, что до сих пор любит и хочет только этого мужчину. И это осознание причиняло ей невыносимую боль.
С Норманом было немного иначе. Досконально изучив его настойчивость, Соф понимала, что как только откроются её двери, этот красавчик смело использует свои чары, вожделенно-трепетно заключит её в свои объятия, заставляя совершить очередное, но только уже осознанное предательство по отношению к Стиву..
К концу недели Соф почувствовала себя истощенной: у нее начались головные боли и головокружения. Бесконечная тошнота вследствие плохого питания, сочеталась с отсутствием аппетита, бессонницей и излишней тревожностью по ночам. Эмоциональное потрясение, перенесенное в лесном массиве, дало неожиданный гормональный всплеск, делая женщину чрезвычайно плаксивой, капризной, нелогичной и неуравновешенной. Медики, вызванные в номер для продления больничного листа, поставили неутешительный диагноз: заболевание нервной системы. В итоге, длительный больничный Соф плавно перетек во внеплановый отпуск с последующим увольнением.
- Батияр, - мягко говорила Софьяна, пригласив директора в свой номер. - В моей жизни случились необратимые события. Мне нужно срочно уехать на лечение. Я не могу просить Вас оставить за мной место учителя по изобразительному искусству, ибо сроки моего лечения весьма размыты. Я прошу Вас уволить меня по собственному желанию. Благодарю Вас за предоставленную мне возможность узнать радость преподавания. Работать под Вашим руководством было весьма приятно.