- Ии.. Вуаля! - Победно завершила Софьяна и подняла портрет над столом. - Ну что? Теперь глаза смотрят прямо на нас? Прямо в душу?!
Этот вопрос повис в воздухе, отражая бескрайнее удовольствие от проделанной работы. Соф повернула своё лицо в сторону своего ученика, желая увидеть его восторженные глаза. Глаза Нормана горели непонятной страстью. Он не мог оторвать своего восхищенного взгляда от портрета. Казалось, нарисованная девушка смотрит прямо в его душу, в его сердце. Так по-настоящему реалистично и тонко. Так трогательно, чутко, живо..
Норман медленно повернул своё лицо в сторону учительницы и прошептал:
- Можно я заберу этот портрет себе?
Глаза Софьяны горели. И лишь плавный взмах её пушистых ресниц словно ответил: "Да".
Сердце Нормана вспыхнуло и влажные губы парня до неприличия нежно коснулись мягких губ Софьяны. Его правая ладонь плавно скользнула в непослушные локоны, удерживая голову девушки от желания отстраниться.
Казалось, ещё миг - и комната вспыхнет пожаром любви, полыхающим в сердце парня. Пожар перекинется на мебель, прижимая стонущие тела к поверхности предметов, составляющих интерьер комнаты. Огонь сорвет покровы одежды, чётко повторяющей изящные изгибы человеческих тел, и обнажит их природную, девственно-трогательную натуру. Красно-золотые искры настойчиво-смущенных касаний и влажно-эротических поцелуев зажгут воздушное пространство, накаляя воздух, и быстро полетят вверх, озаряя помещение чувственной энергией безграничной неземной любви. Превращая в пепел прошлое и окружающие реалии, огонь страсти сотрёт границы дозволенного, снимет маски приличия и откинет в сторону надуманные страхи, оставляя на теле ожоги поцелуев и следы трепетно-чувственных касаний сильного мужского тела.
Удивительно, но ладонь Нормана, скользнувшая в пряди красиво уложенных учительских волос, не чувствовала никакого сопротивления. Корпус парня слегка развернулся по направлению к объекту страсти и новые лёгкие касания словно пробили током всё напряжённое тело Нормана. Свободная кисть второй руки, замершая на столе недалеко от чашки уже остывшего чая с лемонграссом, незаметно опустилась вниз и как бы случайно скользнула по стройной ноге учительницы, поднимаясь вверх к краю василькового платья. Страстно-нежное касание уносило в нирвану, пуская по телу парня волны неуправляемого желания близости. И в тот самый миг, когда неудержимое пламя юношеской любви вышло из под контроля и уже стремилось к реализации надуманных фантазий, раздался предательски-ненужный телефонный звонок, вырывая желанную барышню из этого необычайного чайно-творческого контекста.
Софьяна с лёгкостью выскользнула из горячих ладоней, от неожиданности потерявших мужскую хватку.
- Алло! - Загадочно ответила учительница, отвечая на телефонный звонок.
- Соф, милая! Что случилось? - Послышался незнакомый голос с того конца. - Я никак не мог до тебя дозвониться. А сегодня вдруг почувствовал сильную тревогу. У тебя всё хорошо?
- Всё хорошо. - Эхом отвечая на вопрос, произнесла женщина. - А с кем я разговариваю? Куда Вы звоните?
Непонятное молчание повисло в воздухе.
- Соф, ты сейчас шутишь? - Удивлённо спросил собеседник. - Это я, Стив! Твой муж! И Смайл постоянно спрашивает, когда тебя встречать на вокзале? Ты взяла билеты?
- Стив?! - Пытаясь вспомнить это имя, повторила женщина. - Простите, но я не знаю никакого Стива. Видимо, Вы ошиблись номером.
Софьяна задумчиво закончила странный разговор и повесила трубку.
- Это звонил Ваш муж? - Прозвучал осторожный вопрос Нормана.
- Нет, кто-то ошибся номером. - Уверенно заключила Соф.
Норману показалось, что учительница намеренно не хочет говорить правду, но он не стал настаивать на своей правоте, доказывая, что чётко слышал из уст Софьяны имя, озвученное в необычно коротком разговоре. Он прикоснулся губами к чашке остывшего чая и сделал пару глотков. Холодный лимонный напиток оказался приятным даже в таком виде.
Телефон вновь нарушил тревожную тишину комнаты.
- Алло! - Снова произнесла женщина, отвечая на телефонный вызов.
В этот раз её глаза увеличились от удивления и брови возмутительно взметнулись вверх. Молча выслушав собеседника до самого конца его монолога, Софьяна убедительно-серьезно произнесла:
- Простите, Стив! Вы ошиблись номером. Не могу Вам ничем помочь. Простите! Всего Вам доброго!