С Крисом — всё было иначе. Их библиотечные «занятия» были сценой с медленным огнём. За полками, в полутьме, среди запаха старых страниц. Слова — оружие. Паузы — признания. Прикосновения — почти-ошибки. Его рука рядом. Его взгляд — уже не фальшивый. И голос — другой. Глубже. Словно он говорил с той, кого видел по-настоящему.
Но они держали дистанцию. Будто боялись, что шаг вперёд разрушит всё.
Это просто спектакль напоминала себе Лив, когда он слишком близко нагибался к её тетради.
Но сердце её предательски меняло ритм.
Словно по заказу, на третий день недели её догнала реальность — на каблуках-шпильках, с густым блеском на губах и шлейфом слишком дорогого парфюма, от которого кружилась не голова, а раздражение. Вики. Своими двумя фрейлинами — как будто специально подобранными по росту и выражению лица тенями — она перегородила тротуар у выхода из здания.
Лив замедлила шаг. В кармане вибрировал телефон — напоминание о встрече с Мелиссой. Она хотела пройти мимо, промолчать, забыть, что Вики вообще существует, но…
— Ты, — голос Вики зазвенел, как скрип ногтями по стеклу. — Думаешь, ты для него какая-то особенная?
Внутри Лив что-то сжалось. Веки дернулись, но она подняла взгляд.
Солнечный свет отразился от стеклянной двери и ослепил на секунду. Было холодно, влажный воздух забивался под ворот пальто. Но внутри её разгорался совсем другой холод — сухой, ломкий, с привкусом ярости.
— Если честно, — медленно выговорила Лив, скрестив руки на груди, — я слишком занята, чтобы анализировать, кто кому кем приходится.
Вики шагнула ближе. На каблуках она была чуть выше. Её идеальные, как с глянцевой обложки, зеленые глаза вспыхнули. Лив чувствовала её духи, как нечто враждебное — душное, чужое.
— Он играет с тобой. Как всегда. Ты думаешь, ты — первая? — Вики наклонилась чуть вперёд, почти шепча. — Он всегда возвращается ко мне. Потому что я — его настоящая любовь. А ты просто… временное развлечение.
И снова этот голос — мёд и яд. Лив уставилась на неё. Долго. Её злило, как спокойно та произносит ложь. Как будто её собственное достоинство — игрушка, которую можно швырять об асфальт.
— Странно, что ты называешь себя его любовью, — медленно произнесла Лив, слегка наклонив голову. — Он же тебя бросил, верно? Или ты забыла?
Фрейлины переглянулись. Одна из них нервно пискнула, вторая сделала шаг назад, будто в предвкушении взрыва.
Вики даже не моргнула. Но пальцы на телефоне сжались сильнее. Губы — стянулись в тонкую линию.
— Ты ничего не знаешь о нас, — прошипела она. — Мы с ним… созданы друг для друга. Он просто сбился с пути.
— Тогда почему он не с тобой? — Лив чуть приподняла бровь. В её голосе не было насмешки — только усталость. — Может, потому что ты — как забытая книга: красивая обложка, но в середине — пусто?
Вики вскипела. Она открыла рот, но слов не нашла. Пальцы дрогнули, щеки вспыхнули. Она стояла, как хищник, которого не боятся.
Лив уже развернулась. Каблуки Вики застучали по плитке, но она не пошла за ней.
— Пока, Вики, — бросила Лив через плечо. — Удачи с воспоминаниями.
Она шла прочь, сердце колотилось. Не от страха — от того, что за последние недели ей приходилось слишком часто драться за своё место в этом мире. И каждый раз — с улыбкой на губах.
С тех пор Лив ловила на себе её взгляды каждый день. Ядовитые, прожигающие. Кажется список людей мечтающих убить Оливию с каждым днем пополнялся.
А ещё — грустные глаза Зака. Он продолжал пялиться. Смотрел, как будто что-то потерял. Словно у него ещё есть шанс. Хотя Лив не смотрела в его сторону. Никогда.
А потом была столовая. Оливия ковыряла салат, когда Кейт, ничуть не смущаясь, сказала:
— Мы с Алексом хотим пойти на свидание в субботу. Двойное. Вы с Крисом идёте с нами.
Лив кивнула автоматически. А потом всю оставшуюся неделю мучилась, представляя, как будет сидеть рядом с Крисом, держась за руку и улыбаясь, когда внутри всё клубилось, как гроза.
Суббота пришла слишком быстро.
Комната была в бардаке. В привычном, уютном беспорядке. Джинсы, книги, подушки, чашки с недопитым кофе. Лив стояла у зеркала в четвёртом топе за вечер и снова чувствовала себя полной идиоткой.
Элизабет сидела на кровати с поджатыми ногами, в футболке с логотипом какой-то рок-группы и мягкими носками в виде котов, поглощая яблоко, как будто это её единственное дело на сегодня. У неё был талант — выглядеть расслабленной в любой ситуации. Даже тогда, когда Лив мысленно разносила всё в клочья.