Почему каждое его слово будто вытягивает из неё то, что она так долго прятала? Почему простые воспоминания, сказанные вполголоса, бьют по сердцу точнее любого признания?
Она украдкой взглянула на него. В тёплом свете ночной лампы его лицо выглядело усталым, но спокойным. Словно он тоже устал бороться. Устал скрываться. И теперь просто сидит здесь, рядом с ней, открытый и уязвимый.
А потом наступила тишина. Уютная. Почти домашняя. Та, в которой не нужно ничего говорить. Где достаточно присутствия. Где их дыхание сливалось с тиканьем часов и шелестом ветра за окном.
Лив почувствовала, как её пальцы слабо дрогнули. Это был не страх. Нет. Это была волна тепла, захлестнувшая её изнутри, заставившая сердце биться чуть быстрее. Будто чувства, которые она прятала слишком долго, вдруг начали прорываться наружу — яркие, настоящие, неудобные.
Что-то внутри неё разрывалось. Боролось. Голос разума шептал, что это всё не может быть правдой. Что нельзя так быстро разрушить стены, которые они строили годами. Но другая часть — уставшая, честная — хотела остановиться. Перестать бежать. Просто остаться рядом с ним.
— Я провожу тебя до общежития, — первым нарушил её Крис. — Уже поздно.
Лив кивнула. Но не двинулась сразу. Не могла. Её тело подчинилось чему-то более сильному — желаниям, ощущениям, эмоциям, что пульсировали в каждом вдохе. Она опустила взгляд на свои руки. Они дрожали. Чуть-чуть. Совсем немного. Как будто тело само не верило, что всё это — реальность.
Они притворялись, что ненавидят друг друга. Строили крепости. Кидались камнями. А на самом деле… всё это время, может, просто искали повод говорить друг с другом. Быть рядом. Не признаваясь в этом ни себе, ни друг другу.
Когда они вышли на улицу, воздух оказался неожиданно прохладным. Но Лив не замёрзла. Присутствие Криса согревало её лучше любого пальто. Они спускались по лестнице молча. Но тишина больше не давила. Она была насыщена. Плотная, почти ощутимая. В этой тишине было больше слов, чем они когда-либо говорили друг другу.
— Знаешь, — сказала она, когда они подошли к ее общежитию.— Я не думаю, что когда-то тебя по-настоящему ненавидела. Но я очень старалась.
Эти слова вырвались сами. Без фильтра. Без защиты.
— Я тоже, Беннет, — тихо ответил он. — Очень старался.
И в этих словах было признание. Честное. Настоящее.
Лив остановилась на секунду, вглядываясь в темнеющие улицы кампуса. Где-то вдалеке мигнул свет окна. А здесь, рядом с ней, был он. Крис. Не враг. Не раздражающий студент по курсу. А человек, который знал её лучше, чем она сама порой себя понимала.
Потому что иногда чувства проще спрятать под маской войны. Особенно, если сердце боится проиграть. Но сегодня они оба сделали шаг в сторону перемирия. И Лив впервые подумала: может, пора перестать бояться?
Глава 6: Безумие начинается не с крика
Клуб писателей проходил в небольшой аудитории на втором этаже факультета гуманитарных наук. Высокие окна пропускали мягкий свет, ложившийся пятнами на столы и черновики. В зале пахло бумагой, чернилами и кофе из термоса преподавателя. Лив сидела на своём обычном месте у стены, рядом с Кейт. Её пальцы сжали ручку, когда профессор Грейс взял слово. Внутри — волнение, как перед экзаменом: глухой гул под рёбрами и лёгкое головокружение.
— Итак, — начал он, оглядывая студентов поверх очков. — Прочитав ваши эссе, я хотел бы особо отметить одну работу. Точнее, одну совместную работу.
Он сделал паузу. У Лив что-то екнуло внутри.
— Статья Оливии Беннет и Мелиссы Нортон выделялась не только стилем, но и глубиной анализа, зрелостью мысли. Это не просто текст — это уже полноценная публицистика. Вы молодцы.
Мелисса, сидящая за партой в углу, выпрямилась и закрыла рот рукой, словно не верила в происходящее. Лив ощутила лёгкий удар радости, который стремительно наполнил её грудь теплом. Похвала профессора была для неё не просто признанием — это было доказательством, что она движется в правильном направлении.
После занятия студенты начали собираться, кто-то подмигнул Лив, кто-то шепнул «Круто написали». Но когда она подняла рюкзак, профессор Грейс попросил ее задержаться.
Сердце подпрыгнуло. Она кивнула и подошла ближе, пытаясь не выглядеть слишком взволнованной.
— У тебя хороший слог, — начал он, сложив руки на столе. — Ты растешь. Я хочу предложить тебе поучаствовать в университетском конкурсе авторских статей. Серьёзный уровень, публикация в официальном сборнике, плюс возможность поработать с профессиональным редактором.