Лив резко перевела взгляд на подругу, и сердце сделало предательский перекат. Светлые волосы — ровные, уложенные в те самые небрежные локоны, с которыми Лив ходила всего пару недель назад. Пробор — с той же стороны. Джинсы — вытертые на коленях, почти один в один. Серый худи, широкий, уютный, — на плече та же нашивка, что была на её любимой кофте. А у входа стоял рюкзак… её модель. Тот же оттенок. Даже потёртость на молнии будто совпадала.
Совпадение?
Ком осел в горле. Густой, тягучий. Лив сделала глоток колы, но сладкая газировка не помогла — горло оставалось сухим, как бумага. Она заставила себя отвести взгляд, сделать вид, что ничего не произошло. Что не заметила. Что всё — просто смешной сбой в реальности.
“Наверное, просто вдохновилась. Я была рядом, когда она менялась. Это нормально. Это же нормально…”
Но внутри — что-то сорвалось. Как нота, сыгранная фальшиво.
И вдруг — странный звук. Как будто комната вдохнула. И больше не выдохнула.
Лив обернулась. Элизабет сидела на полу, сползая вдоль стены, глаза у неё были полуприкрыты, взгляд стеклянный, не фокусирующийся. Она вяло тёрла висок, словно пытаясь сдержать надвигающийся шторм.
— Мне как-то… странно… — прошептала она, голос её был едва слышен, как плёнка, дрожащая на ветру. — Будто… всё… в воде…
И прежде чем Лив успела дотянуться до неё — Элизабет рухнула. Мягко, как тряпичная кукла, которой отрезали нити.
— Лиз?! — голос Лив сорвался на крик, ноги сами бросились вперёд, но не успели. Боль ударила в висок — тупая, тяжёлая, как будто кто-то вдавил кулак прямо в череп. Воздух вдруг стал густым, будто дышать пришлось сквозь мокрое полотенце. Пространство дрогнуло, изогнулось. Стены пошатнулись. Всё зашаталось.
— Что за… — язык не послушался. Мир потемнел, скрутился в точку. Колени подогнулись, и Лив осела на пол, ударившись плечом о край кровати. Боль была далёкой, как воспоминание. Всё плыло.
Тень. Над ней — тень.
Фигура. Лицо.
Над ней склонилась фигура. Лицо, ещё недавно знакомое и доброе, теперь было чужим. Мёртвым. Ни следа доброты. Ни следа тепла. Маска сорвана. Только жуткая, бездушная ухмылка, словно вырезанная ножом. Как у актрисы, забывшей о своей роли.
Мелисса.
— Знаешь, Лив, я долго думала, как это сделать, — прошептала она, наклоняясь ближе. Её голос был бархатным, почти ласковым — и оттого ещё страшнее. — Хотела, чтобы ты всё поняла сама. Но ты всё ещё не видишь. Не понимаешь, почему я — это ты. А ты — всего лишь ошибка системы.
Лив попыталась закричать. Поднять руку. Двигаться. Хоть как-то…
Но тело предало. Оно стало чужим. Бесполезным. Она была пленницей. Плоть — мешком. Руки — верёвками.
Тьма подступала, медленно, уверенно. Как волна, накрывающая с головой, погружая в тишину. Густая, как чернила, она вползала в глаза, в рот, в лёгкие.
Последнее, что Лив увидела — это глаза.
Глаза Мелиссы.
Блестящие. Безумные. И — улыбка. Жуткая. Фальшивая. Как в старых фильмах ужасов. Та, от которой хочется отвести взгляд, но не можешь.
Потом — ничего.
Темнота.
Глава 16: Ошибка системы
— Подожди, — Кейт резко остановилась, словно врезалась в невидимую стену, и Алекс чуть не столкнулся с ней.
Коридор женского общежития дышал тревогой. Вдали хлопнула дверь, и где-то невидимо прошуршали страницы — будто сама ночь перевернула очередную главу.
— Что? — нахмурился Алекс, прерывисто дыша после спешного бега.
Кейт застыла, вцепившись взглядом в ничем не примечательную коричневую дверь. Но в её выражении было что-то тревожное, почти застывшее — как у человека, который вдруг узнал лицо среди толпы, но не может вспомнить, откуда.
— Тут живёт Мелисса, — прошептала она, и голос натянулся, как струна перед тем, как порваться. — Я вспомнила. Это её комната.
— И что? Мы идём к Лив и Элизабет. Рассказать, что Зак не сталкер. Ты перед этим хочешь выпить чай со своей подругой?
— Нет, — она не моргала. Взгляд был сосредоточен на двери. — Алекс… я не знаю, что именно, но здесь что-то не так. Мне нужно туда.
Он закатил глаза — привычно, по инерции — но остановился. Пальцы Кейт дрожали, сжимая ручку сумки, и это… это было тревожнее любых слов. Она никогда не показывала страх. Никогда.
— У тебя нет ключа. И в комнате кто-то может быть.
Кейт шагнула вперёд, коснулась ручки, и та поддалась под её пальцами — щёлкнула, как затвор.
— Это не проблема, — хрипло усмехнулась девушка. — Передо мной все двери открыты.