Глава 1: “Проснись, Паша”
— Паша, вставай, — в комнату ворвался голос отца, уверенный, как стук кованого сапога по мраморной лестнице. — Хватит просыпаться с кем попало. Сегодня ты едешь в университет.
Паша застонал, не открывая глаз. Пахло дорогими духами, женским лосьоном и легким похмельем. Рядом, на шелковых простынях, спала какая-то очередная девица — блондинка, с вытекшим макияжем и татуировкой на ключице: «Be wild».
— Универ? — простонал он, приподнимаясь. — Пап, ты серьёзно?
— Абсолютно. Хватит позорить нашу фамилию. Сегодня ты идёшь хотя бы на одну пару. И да — веди себя нормально, а не как обычно.
Отец ушёл, хлопнув дверью. Паша встал, прошёлся по комнате с панорамными окнами, потянулся. На нём были только боксеры Calvin Klein. Его отражение в зеркале было всё тем же — высокий, с дерзкими скулами, светлыми, чуть растрёпанными волосами и ледяным взглядом серо-голубых глаз. Модель, не человек.
⸻
BMW X5 ворвался на парковку университета, гул выхлопа напомнил всем, кто здесь главный. На нём были чёрные джинсы, белая майка, кожаная куртка Balenciaga. Девушки оборачивались, парни завидовали, охранник покачал головой: «Опять этот».
Он опоздал. Как обычно. Ворвался в аудиторию, в которой уже началась пара. И вот тут…
— Молодой человек! — прозвучал голос, от которого дрогнула даже сталь. — Вы кто вообще такой, чтобы врываться на мою лекцию?
Паша застыл. У доски стояла женщина.
Не девочка, не преподаватель-ботан. Женщина.
Высокая, с идеально выпрямленными платиновыми волосами, острым взглядом янтарных глаз, губами, будто специально созданными для греха. Белая блузка подчёркивала тонкую талию, юбка облегала бёдра, каблуки были как оружие.
— Я? — Паша усмехнулся, встал на пороге. — Я тот, ради кого вы встали с кровати, Вика.
— Виктория Сергеевна! — выплюнула она. — Садитесь, пока не выгнала к чёрту.
— Да я сам уйду, если лекция такая же занудная, как ваш тон.
— Два. Без разговоров.
Он сел. Она отвернулась к доске. А у него в голове началась вторая война. Сердце билось как бешеное. Он понятия не имел, что с ним происходит. Но он знал одно: эта женщина была другой. Она не смотрела на него, как все. Она не хотела понравиться. Она хотела разнести его в клочья.
А он хотел, чтобы она это сделала.
⸻
После пары она вышла, чётко стуча каблуками. Паша пошёл следом. Ловил её взгляды, провоцировал, улыбался. Она проигнорировала. Холодная, как ледяная скульптура.
⸻
Вечером, в кафе на районе, она сидела с подругой — Катей, рыжеволосой и весёлой.
— Я серьёзно, — говорила Виктория, — он просто… отвратительный. Наглый, самовлюблённый мажор. Вырос на деньгах, с золотой ложкой в горле. Я даже не знаю, как он ещё не сдох от пафоса.
— Но красивый же, — подмигнула Катя. — Признайся, Викуся, он тебя зацепил?
— Ни за что. У меня Антон. Надёжный, стабильный. Да, он футболист, да, часто в разъездах, но мы вместе уже три года. Мне не нужен этот сорванец.
Катя закатила глаза
—Он мне никогда не нравился и сейчас тоже — фыркнула Катя
Глава 2: “Дьяволица в белом”
Утро следующего дня. Москва была укутана в серый туман, но Паше плевать. Он уже стоял у гардероба, перебирая толстовки от Rick Owens, жакеты от Amiri и кроссовки Dior. В итоге — выбрал образ, от которого даже зеркало притихло.
Чёрная футболка Vetements с надписью «NO THANKS», широкие брюки Fear of God и чёрно-белые кроссовки Rick Owens x Converse. Волосы чуть растрёпаны, как будто он только что встал с кровати одной из моделей Balenciaga — и всё это без малейшего усилия. А на запястье — массивные часы которые стоили как две её зарплаты.
Сегодня он не опоздает. Сегодня он будет смотреть прямо в глаза этой женщине.
⸻
Виктория Сергеевна вошла в аудиторию чуть раньше, чем обычно. Все студенты обернулись. Было во что — она шла, как будто по подиуму, только вместо фотографов — затаившие дыхание студенты.
На ней был белый брючный костюм Max Mara, идеально сидящий на её фигуре. Белая рубашка с тонким кружевом на манжетах, остроносые туфли на каблуке Christian Louboutin и аккуратный макияж: нюдовая помада, тени в серо-золотой гамме, лёгкий контуринг. Волосы прямые, блестящие, как будто в рекламе шампуня. А серёжки — тонкие золотые нити с жемчужинами. Губы были сжаты, как будто она знала, что кто-то сейчас снова будет выводить её из себя.
И этот кто-то уже сидел в первом ряду.
Паша. Опять первый. Опять улыбается.
— Доброе утро, Виктория Сергеевна, — хищно прошептал он.
— Вы сдали анализы? — холодно ответила она, проходя мимо.