Глава 4: "Не понятки"
На утро Москва казалась чужой. Как будто весь город знал — что-то треснуло. Что-то внутри неё. Виктория сидела на подоконнике, в шёлковом халате цвета кофе с молоком. Волосы собраны в небрежный пучок, лицо — без макияжа, но уставшее. Не от бессонницы — от мыслей.
Телефон молчал. Антон не писал. И это бесило. Как будто всё, что было между ними, можно было выключить, как экран.
На экране ноутбука — курс лекций. Но она не могла сосредоточиться. Потому что каждый раз перед глазами всплывал его взгляд. Паша. Его голос. Его наглость. Его правдивость.
Она тронула губами край бокала с холодным кофе — и вдруг телефон завибрировал.
Катя.
«Я должна тебе кое-что показать. Срочно. Заедь ко мне. Одна.»
⸻
Через полчаса Вика уже стучала в дверь Кати. Та открыла, даже не улыбнувшись. На ней были спортивные штаны и свитер, волосы собраны в хвост. В руках — телефон. Лицо напряжённое.
— Что случилось?
— Я была на той вечеринке. Помнишь?
— Ну да…
Катя молча повернулась, села на диван и жестом позвала Викторию.
— Смотри.
Экран загорелся. Открыта галерея.
Сначала фото, как Антон обнимается с какой-то девушкой у бара. Затем — как он держит её за талию. Потом — они заходят в VIP-комнату, а через 15 минут — выходят. Волосы у девушки растрёпаны. Губы размазаны. Он застёгивает пиджак.
Последнее фото — селфи этой женщины. В зеркало. В той же VIP-комнате. Подпись в сторис: «У него было вкусное шампанское и горячее тело. Спасибо за ночь, звезда».
Вика застыла. Сердце будто провалилось в грудь.
— Это… вчера? — хрипло.
Катя кивнула. Мягко, как будто боялась сломать её.
— Я не хотела, чтобы ты узнала вот так, но… Я не могла молчать.
У Вики перехватило горло. Она встала. Пошла к окну. Нервно провела рукой по шее.
— Он… Он говорил, что любит меня. Что я — всё.
— Он говорил. А Паша — чувствует.
Она обернулась.
— Не начинай…
— Я не начинаю, Вика. Ты просто боишься признать, что этот мальчик чувствует тебя сильнее, чем этот взрослый мужик за все эти годы.
Молчание. Тяжёлое, с привкусом правды.
⸻
Вечером Вика приехала домой. Закрыла дверь. Прислонилась к ней. Одна. Без звонков. Без СМС. Антон не написал.
В какой-то момент она поднялась, села за стол и достала лист бумаги. Ручка дрожала в пальцах.
Глава 5: "Растеряность"
Виктория
«Как будто внутри всё сжалось. Как будто я забыла, как дышать.»
Прошла неделя.
Катина квартира стала тихой гаванью. Белые стены, мягкий диван, запах кофе и мяты. Вика иногда чувствовала себя школьницей на каникулах: свободной, растерянной, потерянной.
Она ходила по дому в футболках Кати, писала лекции, перебирала книги. Но чаще — просто смотрела в потолок. Или в окно. С чашкой чая в руках, как будто он мог ответить на вопросы, которых она боялась вслух.
Он исчез, будто никогда не существовал. И это было больнее, чем его дерзкие шутки и нахальные ухмылки. Все мы понимаем о ком она.
Она ведь тогда ушла — не к нему. А от себя. От той, кто когда-то могла простить Антона.
Но сейчас всё было по-другому.
Катя пыталась развеять мрак: кино, суши, разговоры до ночи. Но Вика будто застыла. Не плакала. Не смеялась. Просто была.
Пока однажды, утром, Катя не крикнула из комнаты:
— Вика. Зацени.
— Что?
— Инсту открой. Паха то не грустит)
Вика медленно достала телефон.
Открыла. И — там.
Паша. В баре. Улыбка. Рука на талии у какой-то девушки. Пластиковая, как с витрины. Брюнетка Огромные губы, грудь — будто нарисовали. Под фото — подпись:
«Жизнь продолжается. Привет, моя любимая Алина Б.»
Вика не хотела показывать,а уж тем более, испытывать хоть какие-то эмоции
Он встречается? Так быстро? С ней?
С очередной шлюхой?
«На зло мне», — промелькнуло в голове.
И вдруг — паника. Смешанная с обидой, злостью, страхом. Стыдно признать — больно. Но не от того, что он с кем-то. А от того, что ей не всё равно. Но как она хочет, чтобы было наооборт
— Ты как? — тихо спросила Катя.
— Похуй — Простонала она. Только положила телефон на стол и закрыла глаза.
Как объяснить это состояние?
Она ведь сама отвернулась. Сама молчала. Сама отгородилась.
Так чего теперь ждать? Что он будет бегать за ней?
А внутри — всё равно грохот. Сильный. Грязный. Честный.
Она не понимала что это.