И вдруг — звонок в дверь.
Она не ждала никого.
Подошла. Открыла.
И застыла.
На пороге стоял Антон.
В чёрной водолазке. В пальто.
С огромным букетом алых роз — их было, наверное, штук пятьдесят.
Он смотрел на неё. Виновато. Мягко.
Почти по-настоящему.
— Прости. Я был идиотом.
И в этот момент Вика поняла:
жизнь снова решила проверить её на прочность.
Глава: 13 «Без фильтров»
Вино на полу. Белые розы валяются у двери, один бутон сломан. Тишина.
Вика всё ещё сидела, прижав колени к груди. Она молчала. Катя гладила её по плечу, Валя просто сидел рядом, не лез со словами.
Прошло пару минут, прежде чем Вика нарушила тишину.
— Я не понимаю, — хрипло сказала она, не поднимая головы. — Я красивая, я умная, я была рядом с ним в его самые дерьмовые периоды. Я знала его родителей. Его любимый кофе. Его любимые книги. Я делала ему подарки с душой. Я верила в него. А он…
Она не закончила. Только закрыла глаза и глубоко выдохнула.
Катя нежно, но твёрдо:
— Он просто мудак, Вика. Не потому что ты была недостаточной. А потому что он — недостаточный.
Валя кивнул.
— Катя права. Ты не виновата, что он оказался слабым. Просто некоторые мужчины не выдерживают настоящих женщин.
— А я выдерживаю? — горько усмехнулась Вика. — У меня внутри будто пусто.
Катя взяла её за руку:
— Ты устала. Это не пустота, это выгорание. И оно пройдёт.
Валя осторожно добавил:
— Я знаю, что сейчас всё кажется бессмысленным. Но у тебя остались настоящие. Не фейковые. Настоящие люди рядом. Мы с Катей — здесь. И никто тебя не бросит.
Вика впервые посмотрела на него.
— Спасибо, Валя… я даже не знаю, как ты оказался в этой истории, но…
— Ну, я люблю попадать в хорошие истории, — мягко улыбнулся он. — И в правильные команды. А вы с Катей — вообще мой любимый тандем.
Катя тихо рассмеялась и обняла Вику за плечи.
— Он странный, но милый, да?
— Угу, — кивнула Вика, уголки её губ чуть дрогнули.
— Давайте сядем на диван. Хватит уже этот паркет греть, — предложил Валя, вставая и подавая руку.
Катя поднялась первой, потом помогли Вике.
Они сели в обнимку, как в детстве, когда мир рушится, а подруги — это единственное, что держит.
— Завтра понедельник, — вдруг сказала Вика. — Пары. Студенты. Каменные стены. Формальность.
— А ты выйдешь туда как статуя победы, — уверенно произнесла Катя. — И плевать на всех. Даже на этого Пашу. Пусть подавится своей силиконовой Алиной.
Вика хмыкнула:
— Ты следишь за ситуацией.
— Я — как СК. Я всё вижу, — подмигнула Катя.
Валя рассмеялся:
— Если Катя — Следственный Комитет, то я тогда… ну, МЧС. Я тушу пожары.
Вика впервые рассмеялась. Настояще. Без надрыва. Смех был как спасательный круг. Её держали на плаву.
— Спасибо вам, — сказала она тише. — Мне правда легче. Я не знаю, что будет дальше. Но я знаю, кто я. И знаю, кто со мной.
Катя кивнула:
— Мы — с тобой. А завтра ты выйдешь в свой кабинет как ледяная королева. Холодная, красивая, неприступная. Ни Антон, ни Паша — никто не сможет тебя сломать.
Вика прижалась к подруге. Валя сел поудобнее, раскинув руки по спинке дивана.
И в этот момент весь этот мир — розы на полу, вино, тяжелый день, и даже завтрашние пары — казались на паузе. Важным было только это: трое, вечер, свет торшера, и тишина, в которой стало по-настоящему тепло.
Смех стих, и по комнате растеклась тёплая тишина. Вика зевнула, прикрыв рот рукой. Глаза налились тяжестью, усталость дня догнала её окончательно.
Катя потянулась за пледом, набросила его на плечи подруге. Валя встал с дивана, протянул руки вверх, потянулся.
— Ладно, мои прекрасные воительницы, буду катиться. Мне ещё заехать к родителям, там мама с борщом и допросом «где шлялся всё воскресенье».
Катя с полусонной улыбкой:
— Валёк, ну ты можешь остаться, если хочешь. Тут найдётся диван и подушка без претензий.
Он обернулся, на секунду задержал взгляд на ней.
— Спасибо, Кать, правда, но не сегодня. Родителям обещал. Да и вы тут, девчонки, наверняка захотите болтать до трёх ночи про мужиков, разломанные судьбы и тонкие брови.
Катя хмыкнула.
— Почти угадал.
Он взял куртку, обулся, повернулся к ним.
— Берегите друг друга. Вы — сила.
— А ты — нормальный, Валя. Это редкость, — кивнула Катя.