Эдриан шагнул к раковине и вымыл руки. Связь оборвалась, единство разрушилось.
– Почему бы тебе не остаться? – спросила Дениза.
– Сегодня не могу. Как-нибудь в другой раз.
Чувствовал Эдриан себя паршиво, но все равно ушел. Ничего, она переживет. Знает условия сделки. Так было всегда и иначе быть не могло. Ему предстояло самому сразиться с внутренними демонами, прежде чем выпустить их на чью-то голову. Пора вплотную заняться этим делом, хватит распускать сопли.
Сегодня покупать сигареты предстояло Эдриану. Он вышел из дома и посмотрел на небо: несмотря на конец августа, оно оказалось бесцветным и холодным. В такую погоду колокольня церкви Святого Фомы нависала над домами, подобно мрачному вестнику рока. Белесые облака нескончаемым потоком плыли по белесому небу. Не лучший день для похмелья. Хотя солнце не напоминало о себе ни единым лучом, смотреть вверх было больно. Вообще было больно смотреть. Эдриан пожалел, что не надел темные очки.
Он протиснулся в «Дядюшку Мака» – магазин на углу своей улицы. Помещение было забито товарами снизу доверху, и между полками оставалась лишь узкая дорожка. При каждой неосторожной попытке пробраться из одной части магазина в другую с полок сыпались пачки печенья. Эдриан схватил пакет молока, ветчину и повернул к прилавку. Из-за гигантских полок с жвачкой, тянувшихся от кассы к потолку, появилась девушка. Не поднимая головы, посчитала покупки и положила в голубой пластиковый пакет.
– И двадцать вот этих, пожалуйста. – Эдриан ткнул пальцем в сигареты, которые курила Грей.
– Двадцать, – повторила девушка. Не отрываясь, он смотрел на ее губы, пока она укладывала сигареты в пакет, снова и снова беззвучно произнося одно и то же слово.
– Впервые вас вижу. Вы новенькая? – Эдриан склонился над прилавком, чтобы заглянуть ей в лицо. Она подняла голову и сразу отвернулась.
– Да, новенькая. – Акцент отличался от акцента Дими, хозяина магазина.
– Вы родственница Дими? У него большая семья?
– Да, родственница.
Эдриан достал бумажник, чтобы расплатиться, и заметил, как испуганно девушка посмотрела на полицейский жетон. Дими рассказывал, что у него на родине полиция развращена коррупцией. Эдриан смутился, достал деньги и быстро закрыл бумажник. Он стыдился, что люди, наделенные властью, пусть и небольшой, бессовестно манипулируют, используя служебное положение в корыстных целях. Если невозможно доверять тем, кто призван вас охранять, то кому же тогда вообще доверять?
– Сдачи не надо. – Эдриан протянул двадцать фунтов.
Ему нравился Дими, хотя тот постоянно пытался всучить просроченные продукты, а однажды не выпустил из магазина, пока не заставил купить целую упаковку кошачьего корма, хотя у Эдриана и кошки-то не было. Старый мошенник умел уговаривать. Едва выйдя из магазина, Эдриан сначала услышал громкую музыку, а уже потом увидел машину Грей. Бросился навстречу и торопливо сел рядом. Ничего, ветчина и молоко до вечера полежат на заднем сиденье.
Майлз ворвался в кабинет начальника криминальной полиции. Моррис сидел за столом, задумчиво глядя на телефон и потирая виски. Выглядел он раздраженным. Под глазами залегли глубокие тени, а брови почти сомкнулись у переносицы.
– Сэр, это нелепо. История Райана Харта известна мне лучше, чем кому бы то ни было в этом здании. А пока все вы чего-то ждете, преступник живет в свое удовольствие и водит нас за нос!
За спиной Эдриана, стараясь держаться на безопасном расстоянии, появилась Грей.
– Знаешь, с кем я только что разговаривал по телефону? С начальником дисциплинарной комиссии. Мы до сих пор страдаем от твоего последнего налета на Райана. Хорошо еще, что его адвокаты не потребовали возмещения морального ущерба. Если опять возьмешься за это дело, наверняка лишишься жетона, да и мне не поздоровится! Представляешь, как отреагируют газеты, если нас начнет проверять внутренняя полиция?
– Не беспокойтесь за мой жетон, сэр. Убрать негодяя – священный долг. Готов действовать под вашим непосредственным контролем.
Моррис встал, перегнулся через стол и посмотрел ему в лицо.
– Майлз, они собирались прислать человека из Национальной коллегии адвокатов, но я пообещал, что справлюсь самостоятельно. А это означает справиться с тобой. – Он тяжело опустился в кресло и больше не кричал: хороший знак.