– Вы сидите на моем месте, – с улыбкой ответил Майлз.
– Прошу прощения?
– Я уже сказал. – Эдриан схватил самозванца за шкирку, выволок из салона, по пути стукнув головой о дверную раму, и швырнул на капот. – Ты занял мое место!
– А кто ты, черт подери, такой?
– Я – тот самый парень, который надерет тебе задницу, если не примешь его всерьез.
– Имоджен, что это за псих?
Офицер повернулся к Грей. Эдриан отвесил смачную пощечину и был награжден взглядом, полным ненависти. Он хорошо знал, что если хочешь кого-то по-настоящему унизить, вовсе не обязательно избивать. Достаточно одной пощечины.
– Держись подальше от детектива Грей! – Эдриан сел в машину, захлопнул дверцу и взглянул на Имоджен, застывшую в изумлении. – Давай, трогай! – скомандовал он. – Финал должен быть эффектным.
– Слушаюсь, сэр! – Она до отказа выжала газ, и автомобиль сорвался с места так резво, что колеса жалобно завизжали.
– Отвези меня домой.
– Хорошо.
– А утром забери, но не раньше девяти. – Эдриан улыбнулся.
– Что-нибудь еще, сэр?
– Привези кофе.
– Понимаю. Без молока. – Имоджен взглянула краем глаза, и они оба расхохотались.
Эдриан вошел в дом и посмотрел на диван, где всего несколько дней назад сидел Райан Харт. Тогда он был смертельно напуган, а теперь мертв. Не зря боялся, обошлись с парнем без лишних церемоний: попросту прикончили негодной дозой. В этом Эдриан отлично разбирался.
Заснул он, сидя на диване, обреченно глядя на экран телевизора и тоскуя по малобюджетным американским полицейским драмам, которые показывали исключительно в три часа ночи. Даже они казались лучше очередной безликой интерактивной игры.
Ровно в девять Грей постучала в дверь. В руке она держала стакан с кофе.
– Входи! – Эдриан открыл дверь и пошел на кухню. На сковородке уже жарилась ветчина, и он отправил туда же несколько яиц.
– Так в чем же, по-твоему, заключается связь? – спросила Грей, с наслаждением засовывая в рот тост с маслом. Можно подумать, что она не ела по меньшей мере неделю.
– Не знаю. Вот если бы удалось попасть в дом доктора… – Эдриан наблюдал, как она, не разжевывая, глотает кусок за куском.
Грей пошарила по карманам, достала незапечатанный конверт и молча протянула ему. Майлз угостил ее настоящим английским завтраком; на любезность следовало ответить любезностью. Открыв конверт, он увидел точно такое же приглашение, только на имя доктора Питера Воана, за номером 003, а не 005. Сомнений не осталось: это не совпадение.
– Когда-нибудь ты станешь замечательной женой, Майли, – пробормотала Грей с набитым ртом.
Глава двадцать четвертая
Декан
Вернувшись в общежитие через неделю после нападения, Эбби обнаружила пустую комнату и подумала, что Дэни на занятиях. Она все еще чувствовала себя виноватой в том, что ответила на поцелуи Кристиана. Что бы ни произошло спустя несколько мгновений, это решение приняла она, а значит, предала подругу. На стене, над своей кроватью, Дэни повесила несколько фотографий улыбающейся парочки, сделанных на злосчастной вечеринке. От одной лишь мысли о Кристиане стало плохо: Эбби видела его истинное лицо, и внешний лоск был отвратительно фальшивым.
Захотелось поскорее вырваться на воздух. Эбби переоделась, вышла из общежития и направилась к лужайке возле центральной площади. В дымке тумана кампус выглядел заколдованным царством. В эту престижную часть города университет переехал в начале XX века, а прежде здесь располагался частный особняк, окруженный землей площадью три сотни акров. Принадлежало богатство одному из основателей Ост-Индской компании. Разумеется, со временем все изменилось: среди драгоценных ботанических садов выросли корпуса из красного кирпича. Университет пользовался всеобщим уважением и получал щедрую материальную поддержку от нескольких богатых благотворителей, а также от добившихся успеха выпускников. Поток пожертвований помогал поддерживать устойчивую репутацию одного из лучших учебных заведений страны.
Эбби представила, сколько тайных трагедий, подобных той, какую пришлось пережить ей, произошло в университете за долгие годы. Парни, такие же пустые и подлые, как Кристиан. Девушки, такие же наивные и глупые, как она, – не их ли призраки окружают со всех сторон? Придется встретиться с преподавательницей и объяснить, почему пропустила экзамен в середине семестра. Что же сказать? Правда не годится; значит, необходимо что-нибудь придумать. Эбби вошла в учебный корпус. Занятия уже закончились, но в здании оставались студенты: кто-то сдавал работу или занимался научными исследованиями. По пути к кабинету Эбби заметила, что незнакомые люди смотрят на нее, о чем-то тихо переговариваются и посмеиваются. На душе стало еще чернее. Что они обсуждают? Над чем издеваются? Выражения лиц подсказывали, что все вокруг что-то знают; не хотелось думать, что именно. Открытое пространство вокруг означало, что спрятаться негде. Оставаться здесь нельзя, но нельзя и отказаться от собственного будущего. Надо куда-то идти и с кем-то обсуждать все, что случилось.