— Хочу начать работать по новому методу с первого сентября. Объясню, поймет. Если не дурак, должность даст. А если дурак, пусть на себя пеняет. Саня, я погляжу, ты здесь не последний человек, попроси Аркулова со мной встретиться.
Немного подумав, Коровин согласился:
— Сделаем, отчего не помочь старому другу? Только боюсь, не захочет прохиндей тебя слушать.
— А нельзя никак попросить помочь мне, повлиять на него, что ли?
Коровин еще немного подумал и кивнул:
— Попробую. Аркулов у меня на таком крючке висит. Но обещать ничего не могу. Сам понимаешь, я не всесилен. О! Время-то уже… приехал, наверное. Идем.
Друзья поднялись на второй этаж и вошли в просторную приемную с кожаными креслами и картинами художников авангардистов.
— Привет, Галочка. У себя? — спросил Коровин секретаршу, вынимая из кармана шоколадку.
— У себя. Здравствуйте, Александр Анатольевич, — улыбнулась секретарша и приняла презент.
Коровин пробыл в кабинете мэра больше часа. За это время Готов успел внимательно рассмотреть картины на стенах, наговорить секретарше кучу гадостей и незаметно проткнуть кожу кресла в нескольких местах.
Появившийся в приемной Коровин печально произнес:
— Что ж, Рудольф, пора прощаться. Надеюсь, в скором времени свидимся. Вот тебе моя визитка, звони, если что, в любое время, никогда не помешаешь. А то в гости приезжай. С женой познакомлю. Я ей много о тебе рассказывал. Ну, счастливо. Кстати, Аркулов ждет тебя, я обо всем договорился.
— Спасибо тебе за все, Саня. Позвоню обязательно. Пока. Да, прибудет с тобой сила.
Коровин удалился. Готов достал из дипломата тетрадку с записями и, сказав секретарше: «Да, прибудет со мной сила», — вошел в кабинет мэра.
Казалось, что тучный глава администрации «не в духе». Не глядя на посетителя, он перебирал на столе бумаги: одни подписывал, другие убирал в сторону, при этом нервно бормотал что-то нечленораздельное.
Готов хорошенько прокашлялся, желая тем самым обратить на себя внимание мэра. Но, не достигнув таким типовым способом результата, учитель робко сказал:
— Здравствуйте, я… я от Коровина Александра Анатольевича.
— Знаю я, — грубо сказал мэр, не отрываясь от бумаг. — Проходите, садитесь. У Вас пять минут. Говорите.
Осознав, что мэр церемониться не собирается (и уж тем более не предложит кофе или чай, не говоря о коньяке), Готов решил сэкономить время, делая все быстро. Сел и затараторил:
— Господин мэр. Я пришел к Вам с очень интересным проектом. Вот здесь я набросал основные тезисы. Это касается программы обучения для общеобразовательных школ. Та-а-ак… Первое… Необходимо повысить заинтересованность школьников учебным процессом. Второе. Существенно усилить роль семьи в воспитании детей. Третье… Внедрение передовых технологий обучения. Четвертое. Не сбрасывать со счетов пользу от использования вычислительной техники при обучении ребенка. Пятое. Использовать положительную сторону гипноза. Привлечь к работе ведущих гипнологов. Дальше у меня идут цитаты. Тут я целый параграф переписал из учебника «Дошкольное образование»… А, вот… Шестое. Повысить успеваемость за счет исключения отдельных предметов и увеличения количества часов. Вот, пожалуй, и все.
Аркулов оторвался от дел и просверлил Готова сердитым взглядом:
— Что Вы от меня хотите? Обратитесь к Дубровцеву, моему заму по образованию. Это по его части…
— Разговаривал я с вашим Дубровцевым на открытии городской олимпиады, — недослушал Готов. — Только он со мной разговаривать не захотел. И в ГорОНО ходил. Увы, безрезультатно.
— Но от меня-то Вы что хотите?
— Гранд, — уверенно сказал педагог-новатор.
— Какой гранд? — пригладив жидкую шевелюру, спросил Аркулов.
— Обыкновенный гранд. Денежные средства на разработку методики. Я Вам зачитал только основные направления, а на доработку и осуществление проекта необходима уйма времени и денег.
Аркулов громко прочистил горло:
— Какие денежные средства? Какая методика? Вы вообще кто такой?
— Я друг Коровина Александра Анатольевича.
— И что с того, что ты друг этого сосунка, — лицо и шея Аркулова побагровели. — Пошел вон!!! Чтобы духа твоего здесь не было!!!
Готов не сдвинулся с места. Уставившись в одну точку, он монотонно твердил:
— Я попрошу Вас мне не тыкать. Я не имел удовольствия с вами брудершафтом заниматься там, где даже Макар своих гусей не пас. Я пришел получить гранд на разработку педагогической программы. И получу! В конце концов, я за Вас голосовал. Имею право.