На сообщение решила не отвечать, на паре вела себя отстранённо, отвечая на вопросы Марины или Демона по теме.
— Можно у тебя сегодня остаться? — написала я подруге перед окончанием занятия.
Марина подняла на меня глаза, внимательно заглянула в мои и просто кивнула.
Из аудитории мы вышли одними из первых. Кайзер был окружён девчонками с очередным потоком не очень умных вопросов, но я видела недовольный взгляд, прожигающий меня насквозь. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять: телефон будет разрываться, но кто сказал, что я хочу сегодня слышать хоть что-то?
Дома у Марины уже можно было составить базовый гардероб из моих вещей. Ужин заказали из любимого ресторана, открыли бутылочку белого вина и решили, что завтра либо пропустим все пары, либо первые две — как пойдёт. Сидя на диване с бокалами и второй открытой бутылкой, подруга прервала уютную тишину вопросом:
— Расскажешь?
— Я не могу… — она всегда чувствует, когда мне нужно поговорить.
— Я знаю, что ты с ним, — тихо сказала Марина после пяти минут напряжённого молчания, когда каждая думала о своём. — Не смотри на меня так. Я давно догадалась о тебе и Демоне. Ты стала скрытной и не хотела делиться со мной происходящим. Вот я и подумала, что такое могло случиться только если бы эти отношения были запрещены. Он обидел тебя?
— Не то чтобы обидел… — замялась я. — Ты же знаешь, я не вступаю в отношения. Точнее, это должен быть кто-то «наш».
— Да, знаю. Но в этот раз всё началось не так?
— Почему ты всегда всё понимаешь? — сокрушалась я, падая в объятия подруги. — Просто в один день всё пошло по другому пути. Приказ — и я не смогла сопротивляться. А сейчас вот… — достала телефон из-под диванной подушки и показала экран Марине. «Демонюга» звонил мне прямо в этот момент. Когда звонок прекратился, мы обе увидели уведомления: «Демонюга — 23 пропущенных звонка», «Демонюга — 95 сообщений», «Демонюга — 117 сообщений в мессенджере «Васап»». И снова пошёл звонок.
— Ох, а он настырный, — усмехнулась моя Мандаринка, но взгляд остался грустным. — Ты после сегодняшнего рассказа Костровой загрузилась? Правда думаешь, что у неё получится его забрать?
— У Алисы? — удивилась я. — Нет, конечно! В этом я уверена на тысячу процентов. Но дело в другом.
— Девушка из ресторана?
— И да, и нет, — этот разговор давался мне очень тяжело, Марина буквально вытягивала из меня слова. — Для меня всё стало слишком серьёзно. Я присвоила его, знаю, что не имею на это никаких прав, но не могу ничего с собой поделать. Сегодня, когда Кострова говорила про эту девушку и показала фото, на которых она так по-хозяйски раскладывает руки, мне стало страшно и больно только от мысли, что он не мой. Что у него таких, как я, может быть полгорода, и ещё немного в других местах. Он словно пустил корни в меня, в мою душу. Я всё надеюсь, что это не просто секс, но с каждым разом, когда он уходит, мне становится всё больнее, а трещины в сердце — всё длиннее. И вот я сижу здесь с тобой, с вином, и говорю о своём сердце, которое может в любой миг рассыпаться осколками. И это пугает меня до дрожи. Смогу ли я собрать его вновь? Или так и буду жить с дырой в груди? — одинокая слеза скатилась по щеке.
Это стало спусковым механизмом. Слезный вечер в обнимку с лучшей подругой — что может быть лучше?
— Если будет нужно, я помогу тебе собрать его по кусочкам! — взяв меня за мокрые щеки, Марина стерла слёзы. — Склею! Обмотаю скотчем! Запаяю! Но вот вопрос: ты с ним говорила? Говорила, что у тебя появились к нему чувства?
— Я боюсь… — шепотом. — Боюсь, что он просто уйдёт.
— Так давай спросим? Не лично, а по телефону! — выудив мой телефон, Марина разблокировала его и хотела нажать на звонок, как телефон снова зазвонил, и она ответила:
— Аделина! Где ты?! Почему не отвечаешь?! — рычал в трубку Демон.
— У меня есть вопрос, — сказала я после глотка вина тихим голосом.
— Какой, к чёрту, вопрос?! Где ты?! — не успокаивался он.
— Важный, — этот вопрос действительно стоило обсудить раньше, намного раньше. — Успокойся и ответь.
После тихого шуршания шин по дороге и нескольких глубоких вздохов я поняла, что Демиан, видимо, съехал на обочину или остановился где-то.
— Слушаю! — уже спокойнее сказал он.
— Демиан, что будет, если у одного из нас появятся чувства к другому? Стоит ли прекратить, чтобы не запутывать всё ещё сильнее?