Нейт смотрит на меня так, будто я только что предложила махнуть в Италию на ужин.
– Maggiano's? Это же довольно далеко, нет? И дорого.
– У меня день рождения, – начинаю я, но мне не хочется спорить. И по правде говоря, мне тоже не улыбается сидеть с ним в машине следующие сорок пять минут. – Ладно. Хочешь в Piazza?
Piazza – популярный итальянский ресторан примерно в десяти минутах отсюда. Там дешево и быстро готовят. Не совсем то место, о котором я мечтаю в особый день, но у меня такое чувство, что этот вечер не будет особенным. Так уж и быть, пусть картина будет полной.
– Конечно, – говорит он.
Как всегда, за рулем Нейт. Он врубает радиостанцию с классической музыкой достаточно громко, чтобы нам не пришлось разговаривать друг с другом. Когда мы только поженились, я думала о том, какими будут будущие дни рождения с этим мужчиной. Он был таким нежным, я думала, что в тридцать, или сорок, или даже восемьдесят мы не сможем оторваться друг от друга. Никогда не представляла, что мы будем ехать на ужин в честь дня рождения в дешевый итальянский ресторан, пытаясь найти тему для разговора.
– У нас в этом году хорошие таланты в поэтическом журнале, – говорит он.
– О, это замечательно, – говорю я, хотя мне, честно говоря, абсолютно все равно.
– Эти сырые эмоции такие сильные. Только подросток может написать что–то настолько захватывающее.
Я киваю.
– Все эти гормоны. Я даже не могу вспомнить, каково это – чувствовать все так остро. Но я знаю, что чувствовала.
Мой муж замолкает, погрузившись в мысли. В последнее время он всегда кажется таким далеким, будто за миллион миль отсюда. У нас одна работа, так что, казалось бы, должно быть легко найти тему для разговора, но мы не можем. Мы стали друг для друга чужими.
Может, это моя вина. Может, мне нужно стараться быть с ним ближе. Когда мы только начинали встречаться, мы сидели в парке, свернувшись калачиком под деревом, и он читал мне стихи. Если бы он предложил такое сейчас, я бы закатила глаза. Мне нравились стихи, которые он писал для меня, потому что они шли от сердца, но вообще поэзия мне никогда не нравилась. Все это казалось таким глупым – особенно те стихи, что даже не рифмуются. В смысле, я учитель математики. Я бы скорее посидела с ним в парке и порешала квадратные уравнения.
Может, мне стоит предложить это сейчас. Может, на этих выходных мы могли бы сходить в парк и почитать стихи. И может, мне стоит охладеть к Джею. Как бы много ни значила для меня эта связь, если я хочу спасти свой брак, встречаться с другим мужчиной – не лучший способ.
Я решила – завтра, на второй день моего четвертого десятка, я все исправлю. Я буду проводить больше времени с Нейтом и скажу Джею, что все кончено.
Когда мы добираемся до Piazza, Нейт заезжает на место в дальнем конце парковки, как можно дальше от ресторана. Он всегда так делает. Куча мест прямо у дверей, а он паркуется за полмили.
– Можешь припарковаться чуть ближе? – говорю я.
Он ставит машину на парковку и хмуро смотрит на меня.
– О чем ты? Я уже припарковался.
– Да, но есть другие места поближе.
– Ты серьезно хочешь, чтобы я выехал с места и переехал на другое место, буквально в десяти футах отсюда?
– Это не десять футов. И на тебе не четырехдюймовые каблуки.
Его глаза скользят вниз по моим туфлям Louis Vuitton.
– Ну, а кто тебе вообще велел их надевать? – Он прищуривается. – Они новые? Выглядят дорогими.
– Они у меня уже давно. Я надевала их на день рождения в прошлом году. – Я не могу не подумать про себя, что Джей узнал бы эти туфли.
– Ага, конечно, – бормочет он себе под нос.
Нейт вылезает из машины, и я спешу за ним, хотя в этих туфлях трудно бегать. Они абсолютно шикарны, но никто не поспорит, что они неудобные.
– Что это должно значить?
Он не замедляется, чтобы дать мне возможность догнать.
– Я имею в виду, мы увидим, насколько они новые, когда придет счет по кредитке, не так ли?
Мне хочется сказать ему, как это несправедливо, но правда в том, что в счете по кредитке его ждет пара сюрпризов. Ненавижу, что он всегда оплачивает его. Это привычка, в которую мы впали много лет назад. Когда мы поженились, у нас появился общий бюджет. Я ничего не могу сделать или купить без его ведома.
Сказать ему, что я хочу свою собственную кредитку и свой банковский счет, возможно, не будет шагом в правильном направлении для нашего брака. С другой стороны, он, кажется, не так заботится об этих вещах, как раньше. Когда я уходила без него, он задавал мне кучу вопросов о том, куда я иду и что буду делать, а теперь ему будто все равно. Он просто рад, что меня нет дома.