Он смотрит на меня, и я понимаю, что это не риторический вопрос. Он правда считает, что всего этого было достаточно, чтобы быть хорошим мужем. Что можно просто отметить все галочки, и это нормально, даже если ты не любишь свою жену. Даже если изменяешь ей с маленькой девочкой.
Бесполезно пытаться объяснить ему, почему то, что он сделал, так неправильно. Вместо этого я спускаюсь вниз и даю ему спокойно собраться. После сегодняшнего дня он больше никогда не будет моей проблемой.
Глава 51.
Адди
Я делаю домашнее задание по истории, когда получаю сообщение в Snapflash.
Я удивлена, увидев его. Натаниэль – единственный, кто пишет мне туда, и сегодня он сказал, что нам нужно залечь на дно. Так что я не понимаю, почему мне пришло новое сообщение. Но, конечно, я не смогла бы удержаться и не прочитать его. Особенно если альтернатива – читать про феодальные государства.
Я открываю приложение и нахожу сообщение. Оно короткое и по существу:
Натаниэль: Ева знает.
Холодок пробегает по спине. Ева знает. Это катастрофа, которую мы оба знали, что нужно избегать любой ценой. Миссис Беннетт знает о нас. А это значит...
Натаниэль: Прости, Адди. Я больше никогда не смогу тебя видеть.
Если бы кто–то взял нож на кухне и вонзил мне прямо в грудь, было бы примерно так же больно. Я не понимаю, как все может закончиться просто так. Да, я понимаю, что плохо, что его жена знает о нас. Но мы с Натаниэлем родственные души. Не может быть, чтобы она просто щелкнула пальцами, и все кончилось.
Слова Натаниэля исчезают с экрана, и почти кажется, что я их выдумала. Но нет. Дрожащими руками я печатаю вопрос:
Адди: Она рассказала директору Хиггинс?
Натаниэль: Нет. Она не рассказала, но говорит, что расскажет, если я не сделаю все, что она скажет.
Адди: Что она хочет, чтобы ты сделал?
Ответа нет так долго, что я начинаю думать, не закончил ли он разговор. Но наконец его ответ появляется на экране:
Натаниэль: Она сказала, что я должен немедленно порвать с тобой и уволиться из школы.
Первая часть достаточно ужасна, но вторая убивает меня. Уволиться? Натаниэль – невероятный учитель. Он единственный учитель, который действительно верил в меня, и, безусловно, лучший поэт во всей школе. Может, единственный поэт во всей школе. Как миссис Беннетт может заставить его уволиться?
Адди: Она злая. И не просто злая, а как карикатурный злодей.
На экране появляется еще одно сообщение от Натаниэля:
Натаниэль: Она еще и выгнала меня из дома. Надеюсь, потолок упадет на нее и убьет её.
Адди: Я тоже.
Натаниэль: Если бы она умерла, я бы мог сохранить работу, и мы могли бы быть вместе.
Я смотрю на слова на экране. Если бы она умерла, я бы мог сохранить работу, и мы могли бы быть вместе. Я читаю их пять раз, пока они не исчезают, и снова гадаю, что он имел в виду.
Если бы она умерла, я бы мог сохранить работу, и мы могли бы быть вместе.
Что ж, это правда. Если миссис Беннетт – единственная, кто знает о нас, тогда если бы ее не было...
– Адди?
Голос матери доносится из–за закрытой двери моей спальни. Она стучит один раз и, не дождавшись ответа, врывается внутрь. Такое чувство, что она не допускает мысли, что я могу заниматься здесь чем–то, что требует уединения. Она понятия не имеет, что я больше не девственница.
Хотя теперь, когда мне больше нельзя видеться с Натаниэлем, я вполне могу снова стать девственницей, потому что больше ни с кем не хочу быть. Может, плева отрастет обратно.
Мама делает то, что всегда, когда заходит в мою комнату – оглядывает все четыре угла, будто боится найти в одном из них наркотики. Она скрещивает руки на груди. Я думала, после смерти отца она станет счастливее, но нет. Я не понимаю, как такая умная женщина, как моя мама, могла любить такого ужасного человека.