- Nique ta mère!!! - крикнул Николас, выключая ноутбук и включая его снова. - Этого еще не хватало! У меня же там важная информация.
Экран ноутбука снова осветился буквами, мигнул и погас, чтобы перезагрузится.
- Только не это, - Николас сел на стул и обхватил голову руками. - Отчеты, тексты, фотографии, - все коту под хвост.
Николас выругался и ударил кулаком по столу.
- Долбанная техника! Чтоб тебя! Давно надо было поменять эту кучу рухляди, а еще известная фирма. Халтурщики!
Старик некоторое время с улыбкой наблюдал за молодым человеком, затем поднялся на ноги и подошел к столу. Положив руку на плечо Николасу, он сказал:
- Я бы так не расстраивался на твоем месте. Может это даже и хорошо, что так произошло.
- Какое хорошо! - воскликнул Николас. - Отчеты, финансовые документы, договора, куча личной информации, - все уничтожено, а вы говорите "хорошо". Мне не так жалко ноутбук, как ту информацию, которая на нем была. Ноутбук всегда можно купить новый, а вот вернуть информацию, собираемую годами... Merde! Ну почему это произошло именно сегодня и вообще, почему это произошло со мной?
- И все же то, что произошло - благо, - улыбался старик, стоя возле молодого человека.
Николас посмотрел на старика и уронил голову на стол. Тихий стон прокатился по комнате.
- Вы не понимаете, - только и сказал Николас.
- Посмотри на это иначе. Если бы компьютер не поломался, ты и дальше жил бы иллюзией счастья.
- Да при чем тут счастье? - Николас скривился так, словно ему предстояло выпить горькую микстуру.
- Теперь ты понимаешь, что вещи не способны сделать тебя счастливым? Многие люди привязывают свое счастье к вещам и людям, вместо того, чтобы привязать его к себе и окружающему миру. А когда происходит нечто подобное тому, что произошло с тобой, "счастье" почему-то исчезает, а его место занимают разочарование и страдание. Привязывая счастье к вещам, мы теряем его. Воспринимай то, что случилось с тобой, как урок, который помог тебе стать ближе к истинному счастью.
- Чертов урок, - пробормотал Николас. - Нельзя ли обойтись без уроков, которые не уничтожают важные для меня вещи?
- Часто для того чтобы понять необходимо испытать на себе то, что люди называют страданиями, в действительности являющимися ничем иным, как негативным восприятием. Мир не так уж плох, если посмотреть на него чуточку иначе и не так уж плохо то, что произошло с тобой. Просто посмотри на это иначе. Возможно, то, что ты расцениваешь как утрату, в действительности - ценное приобретение. Ты грустишь о потерянной информации, но информация - это всего лишь информация, некие данные, которые в большинстве случаев можно восстановить. Если бы ты потерял голову, вот это была бы проблема, а информация не стоит твоих переживаний.
- Если я и получил какой-либо урок, - услышал старик голос Николаса, - то заключается он в том, что всегда надо иметь копию информации.
- Это тоже неплохой урок, - улыбнулся старик и похлопал Николаса по плечу.
Глава 9. Снова в путь
Старик стоял, согнувшись над раковиной умывальника, и сплевывал кровь. Ему снова было плохо: температура повысилась, тело вспотело, руки и ноги дрожали, боль вернулась и теперь донимала его, сжигая нутро.
Старик вытер лоб и присел на край ванны. Закрыв глаза, он набрал полную грудь воздуха, задержал дыхание и выпустил воздух наружу.
- Все хорошо, - прошептал он. - Уже лучше. Еще немного и все пройдет. Потерпи немного, твое время еще не пришло. Это просто маленькое недомогание.
Словно опровергая слова старика, желудок взорвался новым приступом боли. Старик вцепился руками в раковину и "украсил" ее дно новой порцией слюней вперемешку с кровью и еще какой-то гадостью желтоватого цвета. Выплюнув остатки крови, старик положил голову на раковину и улыбнулся; холод раковины, казалось, остудил на какой-то миг его разгоряченное лицо. Даже боль в желудке поутихла и теперь тихо пульсировала где-то в районе печени.
- Вот видишь, - пробормотал старик. - Уже хорошо. Еще чуть и станет совсем хорошо. Не бойся, твое время еще не пришло. Ты не готов покинуть этот мир. Пока не готов. Смерть просто пугает тебя, но ты не должен бояться. Пока бьется твое сердце тебе нечего бояться.
Старик поднял голову и открыл кран с холодной водой. Набрав в рот воды, он прополоскал его, избавляя от остатков крови и желтой гадости.
- Жарко-то как, - прошептал старик.
Сложив руки лодочкой, старик набрал пригоршню воды и умылся.
- Ну вот, уже совсем хорошо.
Старик выключил воду, поднялся с ванны и взял в руки полотенце. Вытерев лицо и руки, он повесил полотенце на место и вышел из ванной.
За последние дни приступы боли участились, и это не могло не тревожить старика. Он чувствовал, что время, отведенное ему на этой чудесной планете, подходит к концу. Старик вошел в комнату и лег на диван. Надо было подумать, что делать дальше. Он понимал, что не может больше задерживаться у Николаса. Надо было двигаться дальше, только вот куда. Несмотря на то, что он очень хотел увидеть родных, домой он идти не собирался. Пока что старик решил дождаться прихода с работы Николаса.
Старик закрыл глаза. Сейчас он хотел только одного - немного поспать. Хороший сон мог ему пойти только на пользу. Но мысли по поводу неясного будущего все никак не желали покидать его, тем самым прогоняя такой желанный сон. В конце концов, спустя несколько безуспешных попыток остановить мыслительный процесс, старик все же заснул.
Старика разбудил скрежет ключа в замке. Старик открыл глаза и зевнул. Сон, и правда, пошел ему только на пользу. Он чувствовал себя отдохнувшим и готовым к дороге.
Входная дверь скрипнула, и в квартиру вошел Николас.
- Добрый вечер, Александр Петрович, - сказал молодой человек, заглянув в комнату. - Как ваши дела?
- Добрый, мой друг, добрый, - старик принял сидячее положение и снова зевнул. - Я тут решил немного поспать и теперь вот очень хорошо себя чувствую. А как твои дела? Что-то ты рановато сегодня. Сколько уже часов? Я лег часа в три и, кажется, совсем немного проспал.
- В три? - Николас вошел в комнату и улыбнулся. - Тогда вы очень даже неплохо поспали. Уже 22:30.
- Как 22:30?! Быть такого не может, - старик поднялся с дивана и подошел к столу, где стоял будильник. - И правда, - сказал он, взглянув на часы. - 22:33. Это же как долго я проспал, больше семи часов что ли? Здорово меня отключило.
- Так это же хорошо. Сон - это здоровье, - Николас открыл шкаф, достал вешалку и повесил на нее пиджак.
- Так-то оно так, - улыбнулся старик, только вот что же я делать ночью буду?
- Ну-у-у, - протянул Николас, снимая галстук и бросая его на спинку кресла. - Занять себя чем-нибудь это не проблема. Было бы желание.
- Да, да, было бы желание, - старик вернулся на диван и принялся наблюдать за Николасом.
- Кстати, Александр Петрович, - Николас набросил на плечи халат и сел в кресло. - Запомните сегодняшний день - 27 апреля 2012 года. С этого дня вас с нетерпением ждут в Полтаве.
- А по какой причине?
- Ждут вашего выступления на телевидении.
- Значит, ты все же звонил в Полтаву?
- Конечно звонил, - рассмеялся Николас. - А вы что думали, что не позвоню? Позвонил, договорился. Мне даже не пришлось никого упрашивать. От этих журналюг ничего не утаишь. В Полтаве о вас уже знают и безумно обрадовались, узнав, что вы гостите у меня. Они готовы были даже за вами машину прислать, только бы не потерять вас из виду. Вы же как перекатиполе, то здесь, то там. Но я отклонил их предложение с машиной, я и сам могу вас туда отвезти.
- Это что значит получается? Я буду выступать на телевидении? - старик почувствовал, как по телу пробежала легкая дрожь, и небольшое волнение охватило его.
- Конечно будете, - рассмеялся Николас. - Вы думали, я шутил? О жизни сердцем следует узнать как можно большему числу людей, ведь чем больше людей узнает, тем выше вероятность того, что мир станет хоть чуточку добрее.
- Значит я буду выступать на телевидении, - старик казалось не слышал того, что говорил ему Николас. Взгляд его был отстраненным, мысленно старик явно был не в квартире Николаса. Старик чувствовал, как страх перед выступлением покинул его, а на его место пришло легкое возбуждение. Понимание того, что о жизни сердцем узнает больше людей, заставило страх покинуть его сознание. Старик понимал, что боялся он не самого выступления, а того, как воспримут его идеи и его самого люди. Но старик был уверен, что главное быть самим собой, а то, как его воспримут другие не столь уж и важно. Важно было только то, что о жизни сердцем узнают тысячи людей.