— Ох, неужто великому Тору Одинсону было трудно меня найти?
— Да! Великому Тору без связей отца было трудно тебя найти, а он отказал мне в помощи!
— Немудрено, — пренебрежительно скривившись, произнёс Локи, но Стив готов был поклясться, что слышал в его голосе горечь.
Они замолчали. Стив, воспользовавшись тишиной, на цыпочках прошмыгнул к двери и…
— Ещё раз спасибо, мистер Локи, я пойду… — он дернул дверь… потом ещё раз, и ещё… и снова… дьявол…заклинило. Ещё бы! После такого-то хлопка…
— А это кто? — Тор удивленно вздёрнул бровь, он так боялся, что Локи вновь исчезнет, что буквально не отрывал от него взгляда, потому только теперь заметил Стива.
Локи, уже успевший забыть о присутствии мальчишки, сейчас тоже недоуменно уставился на него. Роджерс сглотнул:
— Я Стив Роджерс, — ответил он, справившись с волнением в голосе. Почему-то наличие брата у Лафейсона повергло его в шок, а отношения этих двоих окончательно добили, поэтому сейчас Стив чувствовал себя максимально неловко. Ему абсолютно не хотелось слышать подробности частной жизни историка, Стив, в принципе, не имел право их знать. Его отношения с мистером Лафейсоном буквально несколько минут назад стали походить на не то, чтобы близкие, но хотя бы на адекватные. Да и не хотел Роджерс становится ближе, напротив, сейчас он искренне желал оказаться как можно дальше.
— Локи, я чего-то не знаю? — Тор выглядел обескураженным.
— Я даже думать не хочу, что ты своим испорченным Старком мозгом себе навоображал. Он мой ученик.
На какое-то мгновение повисло молчание, с грохотом разорвавшееся истинно богатырским смехом Тора. Лафейсон обреченно покачал головой, будто извиняясь перед Стивом за весь этот фарс.
— Ученик?! Твой?! Ты учитель??!!? О, боги! Как такое возможно?
— В отличие от тебя, я обладаю достаточными знаниями, чтобы…- Локи уже было начал хвалебную речь во имя самого себя, но был грубо прерван.
— Это-то ясно, — перебил Тор. — Но сам подумай! Ты и учитель! — он по-прежнему заходился в безудержном хохоте. — Ты же социопат! А детей на дух не переносишь! Как вообще так получилось? Неужели все настолько плохо? И сколько ты продержался? Хотя погоди, что за вопрос? Когда тебя уволили? — утирая тыльной стороной кисти слезы смеха, спросил Тор.
Локи сел, это был безумно долгий день.
— К твоему сведению, — ехидно проворчал Локи, — меня не уволили. Я сам ушёл.
— Конечно! Куда уж им со своими плебейскими занятиями до твоей царственной особы!
— А тебя, видимо, в острословии Старк поднатаскал? Какие ещё ГЛУБИНЫ риторики он в тебя ВЛОЖИЛ?
— Оставь это, Локи. Мы с Тони просто выпиваем вместе, иногда обсуждаем дела компаний.
— Смотрите, ночью не дойдите до СЛИЯНИЯ корпораций, — с особой интонацией произнёс Лафейсон.
Тор иногда ненавидел Локи. В данном случае «иногда» было производным от «всегда».
— Это вообще из-за тебя! Ты хоть знаешь, что я терпел?
— Не посвящай меня в подробности своих деловых ужинов, плавно перетекающих в завтрак!
Стив не должен это слышать, он, черт возьми, не хочет это слышать! Роджерс снова предпринял попытку открыть треклятую дверь, но несчастная железяка, закрытая рукой могучего Тора, была не в состоянии хоть как-то отреагировать на хиленькие попытки Роджерса. Тем временем братская беседа была в самом разгаре…
— У меня, между прочим, девушка есть! — начиная выходить из себя, признался Тор.
— А Старк об этом знает? Хотя о чем я? Он, должно быть, и не против. Ему же нужна компания, а не ты. С Хелой не получилось, так почему с более бестолковой ее версией не попробовать, — злорадно прошипел Локи.
— Достаточно, — сурово ответил Тор.
— Для начала, ты прав, Тони нужна компания. Я это прекрасно знаю, и он сам мне об этом сказал. Тем не менее, это не мешает нам быть друзьями.
Локи скептически приподнял бровь.
— Приятелями? — попытался исправиться Тор.
Вторая бровь Локи последовала за первой.
— Ладно, собутыльниками! Доволен? — нервно прикрикнув, сдался Тор.
— Вполне, — удовлетворенно кивнул Лафейсон.
Тор не соврал, Тони ещё год назад открыто ему сказал, что получит «Асгард» любым способом, кто ж знал, что он пойдет… кхм… так глубоко? Из-за этого поначалу старковские поползновения в свою сторону Одинсон воспринимал как шутку, потом же выяснилось, что Тони «широких взглядов» человек, а Тор, оказывается, вполне придется ему по вкусу. Что больше всего поразило Одинсона, так это откровенность Старка. Тот все также без особых угрызений совести утверждал, что руководствуется чисто деловыми интересами, а Тор для него приятный и симпатичный бонус. После этого Одинсон старался на пушечный выстрел не подходить к башне Старка, так как теперь не только «Асгард», но и сам Тор попадал в список желаний Энтони Эдварда Старка. Удивительно, но несмотря на это все, Одинсон не испытывал неприязни. Старк по-прежнему оставался Старком, веселым, харизматичным, взбалмошным гением, миллиардером, плейбоем и филантропом. К нему невозможно было относится негативно. Хотя у Локи получалось… Тор подозревал, что в этом вопросе Старк тоже прав, утверждая, будто Локи ревнивый ребёнок, который не хочет делится своим старшим братом. Однако вслух Одинсон такое сказать не решался, мало ли что, а ножи у братца рядышком…
— И у меня Джейн есть, — мечтательно добавил Тор.
— Джейн? — Лафейсон слегка нахмурился.— Джейн Фостер?!
— Да, — горделиво подтвердил Тор.
Теперь настала очередь Локи смеяться, Тор, обиженно скрестив руки на груди, стал молча ждать объяснений.
— О, боги! Серьёзно? Астрофизик Джейн Фостер? Да она написала научных работ больше, чем ты прочёл книг! О чем вы разговариваете? Что у вас общего?
Тор медленно закипал. Он уже успел забыть о потрясающей способности своего брата доводить его.
… Стив, отчаявшись открыть дверь, пытался прикинуться мебелью, что ему неплохо удавалось, братья вновь о нем забыли…
— Слушай, может, ты потенциально тянешься к тому, чего тебе недостаёт, то бишь мозгу? Сначала Старк, теперь Фостер, боюсь, следующим этапом станет Беннер, — все ещё не прекращал язвить Лафейсон.
— Вернёмся домой, брат, — без всякого перехода объявил Тор. Ему надоело, он слишком долго не видел Локи, чтобы сейчас тратить время на пустое злословие.
— Нет, — в миг помрачнев, ответил Лафейсон.
— Брат, подумай сам, — тяжело выдохнув, начал Тор. — Ты ушел четыре месяца назад, все это время о тебе не было никаких известий, матушка волнуется. Скорее всего, твои средства на нуле, а с работы тебя уволили. Что ты будешь делать? Бесцельно скитаться? Прятаться? От кого и зачем? Я не сержусь, а отец простит.
— Мне не нужно его прощение. Он врал мне! Половина «Асгарда» моя по праву, а он отнял ее.
— Отец заботился о тебе…
— Не пошёл бы он в ад со своей заботой и с тобой заодно?!
— Перестань вести себя как истеричка, собирайся, — голос Тора звучал глухо, он уже решил, что поступает правильно, а, значит, не отступиться, даже если придётся тащить Локи силой.
— Ты оглох?! Я НИКУДА НЕ ПОЙДУ!
С Локи спала вся его спесь, он был зол, раздражён и… напуган. Лафейсон во всем мире боялся только двух существ. Тихого, спокойного и интеллигентного доктора Брюса Беннера, которого однажды Локи не посчастливилось вывести из себя, и своего названного брата… Точнее Локи боялся не самого Тора, он боялся ему не соответствовать… С детства Тор был всеобщим любимцем, ему все легко давалось, он был открытым, честным и смелым, а Локи… просто был Локи… Детский страх разочаровать собственного брата, перерос в ненависть к нему во взрослой жизни. Сейчас Тор стоял перед ним как всегда уверенный в том, что он поступает правильно, что так и должно быть, что так будет лучше для Локи. А что же сам Локи? Он снова разочаровывает Тора и от этого только сильнее его ненавидит…
— Простите, сэр, но мистер Лафейсон не может бросить работу только по своей прихоти, — Стив снова вспомнил, что, во-первых, он не предмет интерьера, а, во-вторых, он, к сожалению, не немой… Как бы мистер Локи не высмеивал его, он все-таки помог… снова помог… Стив просто не мог не вернуть долг…