— Видите ли, я не восприимчив к алкоголю, совсем, особенность организма. Пожалуй, единственная полезная. Это из-за быстрой алкогольдегидрогеназа, фермент который…
— Я знаю, — нетерпеливо махнул рукой Локи.— Разве из-за этого ты не должен сейчас корчится в токсическом отравлении?
— Так и было бы, если бы не быстрая ацетальдегидрогеназа, — пояснил Стив.
— То есть, ты не успевая опьянеть, трезвеешь без похмелья? Толерантность к алкоголю?
— Ну да. Может, было не очень честно не сообщить об этом Тору, но он ведь и не спрашивал? — сконфуженно добавил Стив.
— А ты знаешь, что сокрытие информации тоже является ложью? — лукаво прищурившись, спросил Локи.
— Знаю, — Стив как-то сразу помрачнел.
— Я приятно удивлён, возможно, ты не так уж безнадёжен, — в глазах Лафейсона снова забегали черти. Он направился к выходу.
— Погодите! — крикнул, преодолевая ниоткуда появившееся смущение, крикнул Стив. — А как же Тор?
— Пусть мой обожаемый братец отоспится, завтра ему предстоит тяжелое пробуждение, — даже не обернувшись, ответил Локи.
— А вдруг с ним что-то случится?
— Стивен, с Тором не может что-то случится, это он случается с кем-нибудь, — остановившись возле самой двери, пояснил Лафейсон.
Стив растерянно посмотрел на него, потом на Тора, но прежде чем успел что-то сообразить, Локи сказал:
— Чего застыл? Ты последний, кого захочет увидеть Тор утром, уж поверь.
Стив тяжело вздохнул:
— Извините, можно его оставить у Вас? — обратился он к бармену.
— Да без проблем, должен же кто-то оплатить этот счёт, — ответил тот.
Стив поблагодарил и вышел. Локи уже не было поблизости.
Утро встретило Одинсона самым паршивейшим образом. Головная боль, отдающая набатом по всей черепной коробке, сухость во рту, будто после недельного пребывания в пустыни, и затёкшие от неудобной позы мышцы.
— Здорово, приятель. Понимаю, тебе сейчас и без того несладко, но вот счёт, — бармен отдал чек и поставил перед Тором бутылку с водой и кружку пива: — Это от заведения.
Тора не покидало чувство, что его обвели вокруг пальца… снова…
====== Глава 14 ======
Стива ничуть не удивило исчезновение мистера Лафейсона, напротив, это было вполне в его духе. Роджерс уже залез в интернет в поисках ближайшей автобусной остановки, как раздавшийся за спиной голос, заставил его вздрогнуть.
— И кто же тебя просил лезть не в своё дело? — скучающим тоном поинтересовался Локи.
— Директор, — твёрдо ответил Стив, стараясь не выдать своё замешательство. Он был абсолютно уверен, что историк давно скрылся.
— Директор просил ученика напиваться ночью с незнакомцами? — мистер Локи бросил ленивый взгляд на лицо Стива, однако Роджерс был уверен, что за ним сейчас внимательно наблюдал за ним.
— Директор просил меня передать, что будет рад снова видеть Вас в школе, напиваться — было вынужденной необходимостью, — все такой же спокойный ответ
— Это все? Как-то не похоже на Фьюри, — прищурившись, сказал историк.
Стив не хотел дословно передавать сказанное директором, но его, конечно же, никто не спросил, снова…
— Директор Фьюри сказал, что будет рад снова видеть Вас в школе, в отличии от Вашей семьи.
За секунду на лице Локи сменили друг друга растерянность, раздражение и злость, перешедшие каким-то непостижимым образом в смех:
— Умеет Фьюри закончить на красивой ноте. Неужели он думал, что я поведусь на его манипуляцию?
— Так Вы не собираетесь возвращаться в школу, — Стиву с трудом удавалось скрыть разочарование в голосе.
— Разумеется, нет. Фьюри меня не волнует. А Тор после вашего пари беспробудно проспит до завтрашнего вечера. Однако благодарности за это не жди.
— И не собрался.
— Я не нуждался в твоей помощи, — высокомерно произнёс Локи.
— Не сомневаюсь, — по-прежнему спокойный ответ.
Как же Локи раздражало это его хваленное благородство. Мало того, что помог, хотя не должен был, так ещё и ничего не требует взамен. Мерзость.
— И как ты живешь со своим тошнотворным благородством?
Стив пожал плечами. Он не считал свои сегодняшние действия благородными. Спонтанными- да, безрассудными - да,
необходимыми- возможно, но уж точно не благородными.
— Последний совет, Стивен. Не ввязывайся в сомнительные ситуации. Вряд ли твои родители будут счастливы, узнав что их сын погиб, отстаивая свои принципы.
Стив снова промолчал, да и что он мог сказать? Мистер Локи не тот человек, кого заботят окружающие люди.
От Локи не ускользнуло замешательство мальчишки. Любопытно.
— Ты даже не удосужился позвонить им, неужели у правильного Стива Роджерса тяжелые отношения с семьей?
— Если так можно сказать, — наконец ответил Стив. — Отец давно умер, мама скончалась в этом году.
На какое-то время повисло молчание, Локи, ухмыльнувшись, прервал его:
— Трагедия в жизни героя. Как предсказуемо.
— Синдром жертвы тоже не особо оригинален, — Стив не хотел этого говорить, он ещё в баре решил, что не будет удивляться поступкам Локи, не будет проповедовать нравственность. Но как вообще можно принять такое откровенное издевательство, не говоря уже о том, чтобы с ним смириться?! Должно быть, у него и вправду комплекс героя.
— О чем ты?
— Вы вините в своих проблемах отца, брата, судьбу, да кого угодно, только не себя. Вы так привыкли перекладывать ответственность на окружающих, что сами не замечаете, какой дешёвый спектакль разыгрываете. Весьма похоже на синдром жертвы, не находите?
— Какой насыщенный выдался вечер. Вы поставили сразу два верных диагноза, мистер Роджерс, и мне, и себе.
От тяжести его взгляда Стив почувствовал, будто на него упала могильная плита. Он вдруг понял, что именно в это мгновение решается его дальнейшая судьба. Однако историк взял в руки телефон и начал беззаботно что-то в нем набирать. Стиву стало не по себе от такой резкой перемены, казалось, что перед ним другой человек.
— Такси будет через пару минут. Я искренне надеюсь, что водитель не окажется насильником или грабителем. Хотя с твоим-то везением, — мистер Локи изогнул бровь, видимо, пытаясь оценить степень «везения» Стива в процентах.
— Можете поехать со мной, если Вам так будет спокойнее, — раздраженно пробурчал Стив, для него это стало последней каплей. Вот опять, что у дома Баки, что сейчас. Этот человек просто уверен, что Роджерс способен только отстаивать свои принципы и попадать в неприятности.
— Дивное предложение, но я не интересуюсь детьми.
— Мне есть 18! — Стив выкрикнул это до того, как смысл сказанного до него дошёл.
Мистер Локи склонил голову набок, улыбаясь уголком губ.
— Мистер Роджерс, я могу воспринять Ваши слова как провокацию к действиям.
— Я не это хотел сказать… в смысле я не то имел ввиду, то есть я не дослушал, но не то, чтобы я перебивал, я просто… — казалось, что температура Стива перешла отметку в 42 и вот-вот станет не совместима с жизнью. Он весь пунцовый, заикаясь, пытался объяснить свою оплошность.
Лафейсон только звонко рассмеялся. Ну в самом деле, что не так с этим мальчишкой? И шутить не умеет, и шуток не понимает.
— Такси ждёт, — все ещё смеясь, проговорил Локи.
Стив сел в машину, но уехать просто так не мог. Он все ещё чувствовал вину за все, что наговорил историку о синдроме жертвы.
— Простите за…
— Не вздумай извиняться! Правда, конечно, вещь малоприятная, но это не означает, что из-за неё нужно испытывать вину.
Роджерс уже хотел возразить, но был бесцеремонно прерван:
— Ах, да. Я ведь уже могу начать диктовать тебе, что делать? Я ведь снова учитель.
— Так Вы вер...— Стиву снова не удалось договорить. Локи закрыл дверь такси и пошёл своей дорогой.
По пути он ещё долго думал над этим синдромом жертвы. Не то, чтобы мальчишка был прав насчёт него, однако в одном его слова были справедливы. Локи действительно бежит от проблем. Иронично, он всегда решал проблемы Тора, но вот собственные… И все же! Это всего лишь безответственность! Он будет отвечать за свои поступки. И, конечно же, это не из-за слов сопляка. И в школу он вернётся, безусловно, из-за своей прихоти. Именно так.