— В таком случае, разберёмся прямо здесь и сейчас, — прошипел Ореон, ринувшись в сторону Княжны.
Юрий был ближе всех к княжне, потому, занесённой саблей метнулся в сторону Генерала Братства. Удачно увернувшись от взмаха Ореона, Юрий со всей силой рубанул его по предплечью. Старик попятился назад. Юрий сразу же нанёс ещё один удар, который отбил приспешник Ореона.
Ирний, достав щит, обнажил меч и ринулся на Рейри, что ловкими движениями сбила генерала с ног, а затем приставила к его глотке меч. Добить Ирния помешал Август, влетевший в девушку и поваливший её в снег. Оседлав сестру, Август замешкался, ибо убивать её он не очень-то и хотел, как и она его. Они оба замерли, надеясь на что-то, что их отвлечёт.
— Так и будешь сидеть? Или, может, убьёшь уже? — спросила Рейри.
— Просто уходи. Я не хочу видеть твой труп, — скомандовал Август, а затем встал с неё.
Рыжий, подняв Ирния на ноги, чуть ли не был зарублен левым наёмников. Благо, Ирний вовремя оттолкнул Августа и выставил щит, а затем одним ударом оборвал жизнь безымянного наёмника. Его голова улетела в снег, а тело упало на колени и замерло.
Юрий ударил наёмника в живот, а затем раскроил ему череп саблей, что каким-то чудом проломила череп и вошла аж до самого кадыка, обратив лицо в непонятное месиво. Бросив изуродованный труп наёмника в сторону, Юрий узрел весьма изящную картину.
Август и Ореон схлестнулись в битве. Они секли друг друга со всей силой, явно не пытались как-то играть, а боролись прям на смерть. Ореон, несмотря на свой возраст, весьма умело и изящно махал саблей, рассекая воздух разными узорами. Август же, словно демон, не давал старику отдохнуть, — постоянно наносил удары со всех сторон.
— Что, реакция уже не так, что раньше, да? — рявкнул Август, нырнув под саблю и ударив старика локтем в живот.
Старик, попятился, но всё-таки удержался на ногах. Вытер слюни, что текли по бороде, прищурился и ринулся в бой вновь. Занеся саблю, он подпрыгнул к Августу, но последний ловким пируэтом обошёл его и со всей силой рубанул по бедру. Ольский завыл от боли и упал в снег, где его уже собирался прикончить подоспевший Юрий. Однако, в него влетел последний наёмник, сбил с ног и сразу же двинулся на Августа.
С виду слабый парень с дикой скорости осыпал Августа рубящими ударами, от которых рыжий с трудом уклонялся. Когда силы наёмника уже были на исходе, Август отбил вялый взмах меча и насквозь проткнул его. Вынув меч, он описал изящный узор в воздухе и отрубил ошарашенному солдату голову.
Окинув поле битвы, Август вдруг заметил, что среди валявшихся тел не было Рейри, что просто не могло не радовать. Но всему есть цена. Девушка, словно вихрь, пронеслась мимо Августа верхом на вороньем коне. Она замедлилась у Ореона, что тянул к ней, взяла за руку помогла вскарабкаться на зад коня.
Юрий, подхватив лук у трупа, выбежал вперёд и прицелился в убегающую всадницу.
— Стой! — рявкнул Август, опустив лук. — Помнишь, что будет, если его убить?
— А… точно… прости… — неуверенно буркнул он, кинул лук со стрелой в снег.
— Они скоро нападут, — подметил Ирний. — Нужно уходить и укрепить баррикады на мосту.
— Не думаю, что ни нам помогут, — подметил Август, уставившись в сторону элтийских лагерей.
В поле вышел лучник. Он натянул тетиву и, подняв лук вверх, выстрелил в небо. Стрела, описав дугу, приземлилась в паре шагов от Августа. К древку был привязан маленький красный свиток, значащий о скором наступлении. Юрий и Ирний уселись на трупы и уставились в сторону вражеской армии. По лицам их было видно, что они уже не верили в победу и знали, что умрут.
— Завтра, утром, они нападут, — сообщил Август, развернув свиток. — У нас только одна ночь на подготовку.
— Верней, одна ночь, чтобы насладится жизнью, — сухо бросил Ирний. — Посмотри сколько их и посмотри, сколько нас. Когда варлийцы придут, от Пёрлграда и камня на камне не останется. Но зато будет гора трупов.
— Хватит, — деликатно попросил его Август, встав рядом. — Ты же Генерал и не абы какой, а Верховный Командующий. Какой пример ты подаёшь своим солдатам, ноя о том, как всё плохо, пока сидишь на трупе убитого наёмника?
Ирний пожал плечами.
— Вот именно. Никакой. Так что возьми яйца в кулак и дуй командовать на стену, пока ещё не поздно, — приказал Август, взяв княжеского коня за поводья. — И больше не ной.
Выговорив всю правду Ирнию, Август повёл коня княжны за поводья к мосту. Десяток лучших бойцов развернулись и последовали за ним, как и их генерал вместе с братом.
Свинцовые тучи тем временем сгущались, скрывая багровые лучи заходящего солнца. По полям пробежал холодный ветер, несущий за собой трупный запах и ужасную вонь нечисти.
Битва за Аркадию
С первыми лучами бледного солнца, чей тусклый свет лёг на украшенными трупами снежные поля, армия Элтийской Империи двинулась вперёд. Остакти солдат, укрывавшихся в деревне, оседлали лошадей и помчали обратно к столице, но выжить им было не суждено. Разведчики на конях, прибывшие в деревню, своими острыми стрелами метко положили абсолютно всех.
— Началось… — заметил Юрий, хмуро глядя на небо, по которому бороздили орды вороны. — И падальщики подоспели…
— Они тут уже два дня летают, — напомнил Август. — В последние несколько лет я часто начал замечать, что вороны собираются за несколько дней до сражения. И не абы какого, а такого, после которого останутся горы трупов.
— М-да… они явно что-то знают… — усмехнулся Юрий. — Интересно, твой Алькар сожрёт тебя, когда ты умрёшь?
— У него и спроси, — Август глянул на своего чёрного друга, спокойно сидевшего на парапете и клевавшего зерно. — Кстати, о смерти, где твой брат?
— После той бойни с Ореоном, мы отправились в бордель, но я оттуда быстро свалил, а вот Ирний, вроде, остался на всю ночь, — вспоминал он. — Думаю, он уже смирился со смертью.
— А ты?
— Элтийцы зарубили мою мать, изнасиловали и зарезали мою сестру. Уважающий себя человек сделал бы всё, чтобы отомстить, но я не такой. Умирать ради мести я не собираюсь, ибо какой толк, — рассудил Юрий. — А сражаюсь я только из-за брата. По нему, возможно, не видно, но ты даже не представляешь, как он горит желанием убить элтийцев, насолить им.
— Сначала мне показалось, что он смелый малый, но затем я стал замечать, что он трус, как и многие, но теперь…
— Да. Настроение у него переменчивое. Парой, он может неделями ныть о том, что ему никогда не отомстить, а потом хвалится о том, что обязательно отомстит, даже если на кону будет стоять его смерть. То-есть, он хочет отомстить, но вполне понимает, что он не сможет, а потому готов на любое безумие, чтобы вложить в эту всеобщую месть кирпичик.
— Простыми словами, он просто орудие в руках истинного мстителя?
— Ну, выходит, что так. Он убеждён, что те, кто будет после него закончит месть. И ему неважно, будет ли он жив или нет.
— Если так, то он может утянуть за собой и других… — понял Август. — Тебя он уже потянул…
— Полегче друг, я сражаюсь без желания смерти и пока сам не захочу, в ад не полезу. И да, убить меня довольно сложно.
— Это ещё почему?
— Возможно, если мы переживём этот день, ты узнаешь мой секрет.
— Как скажешь, — с подозрением сказал Август, вполне догадываясь о том, что таится в Юре.
Бренчание доспехов и марш прекратились. Август и Юра, недоумевая, уставились на армию Элтийцев, зачем-то остановившейся у заброшенной деревни в центре поля. Серебряные авангарды выступили вперёд, надеясь сразить противника своими до блеска отполированными доспехами. Солдаты, расступаясь, образовывали узкий коридор, по которому неслись несколько конников в тяжёлых доспехах. Среди них был старый седой мужчина в тёмно-синей мантии.
Отряд всадников выбежал из авангарда и остановился в ста шагах от моста. Аркадийская пехота, оборонявшая мост, напряглась и приготовилась к бою. Когда старик спешился с коня и направился в сторону моста, воины и бывалые рыцари почему-то начали расступаться. Когда неизвестный впритык подошёл к мосту, Август, уже спустившийся вниз, сразу же ощутил ту силу, что скрывалась в этом дряхлом теле.