Выбрать главу

— А что хотите, — пожала плечами магичка.

Я недоуменно уставилась ей в лицо. Нет, похоже, она не шутила; глаза, по крайней мере, у нее были абсолютно серьезные. На самом их донышке я даже разглядела некоторую опаску.

— Что, совсем? — для порядка уточнила я.

— Совсем, — подтвердила она.

Я пожала плечами, невольно собезьянничав движение, и погладила бронзового пса — пусть это будет пес — между ушами.

От учительского стола донесся слитный вздох.

Я дернулась было посмотреть, в чем дело, но затылком почувствовала движение, зарождавшееся за спиной. Обернулась, рефлекторно вздергивая руки к лицу…

И сама не поверила своим глазам.

Бронзовая фигура пса встряхнула головой. Шагнула вправо и вперед, с характерной мгновенной мягкостью, которая так ценилась у наемников того маленького пограничного городка; и я не успела отшатнуться, прежде чем металлическая голова аккуратно потерлась о мою штанину.

Машинально я почесала пса за ухом.

Похоже, ему понравилось. Он прошелся по штанине еще раз, с явным неудовольствием выпрямился и принял прежнюю позу. По спине его пробежала судорога, и я еще успела заметить тот момент, когда живая бронза снова становится неживой.

— Интересно, — задумчиво произнес некромант. — Очень интересно… Как зовут это… хм… одаренное чадо?

«Сам ты чадо!» — чуть не сорвалось у меня с языка.

Но ответа не воспоследовало. Развернувшись к учительскому столу, я увидела, что все чародеи находятся в легком ступоре, переводя глаза с меня на статую и обратно. Исключение составлял только Эгмонт, теперь смотревший на меня с некоторой заинтересованностью, — ну и тот маг, который сидел в самом центре стола. Последнему, похоже, все было до свечки, и он дремал, откинувшись на спинку кресла.

К чести гнома, он опомнился первым. Ожесточенно подергав бороду и, наверное, приведя таким образом мысли в порядок, он размашисто подписал свою ведомость. Еще через некоторое время к нему один за другим присоединились и другие экзаменаторы — даже задремавшего было мага поспешно ткнули локтем под ребро.

— Вы свободны, студентка, — сообщила мне чародейка; голос у нее был такой же ледяной, но я заметила, что тонкие пальцы нервно пощипывают краешек кружева, оторачивающего рукав. — Распишитесь в бумаге у секретаря — и отправляйтесь вон в ту дверь.

— А дальше куда? — спросила я, принимая перо из рук стриженой девицы.

Чародейка изящно приподняла брови:

— В студенческий корпус, разумеется. Насчет комнаты уточните у коменданта… и поторапливайтесь, студентка, не задерживайте экзамен!

Я поставила не слишком-то элегантную подпись в указанном мне квадратике, честно постаравшись не посадить на него кляксу. Подняла глаза; весь преподавательский состав бдительно за мной следил.

От такого внимания мне сделалось слегка не по себе. Я неловко воткнула перо в чернильницу, буркнула под нос нечто вроде: «До свидания» — и направилась к правой двери. Взгляды магов царапали мне спину.

Львы, украшающие собой дверь, смотрели серьезно и немного устало, напоминая давешнего чародея. Я уже взялась за ручку, сделанную из черненого серебра, когда услышала за спиной тихий голос некроманта:

— Когда комендант спросит вас, на какой вы зачислены факультет, отвечайте — боевой магии. Если не поверит — скажете, чтобы все вопросы задавал магистру Рихтеру. Вам все ясно, студентка?

Я застыла на пороге, от неожиданности опустив занесенную было над ним ногу.

Факультет боевой магии?!

Мрыс эт веллер, но я же работаю исключительно по иллюзиям! Ну почти исключительно…

Дело было даже не в этом. Просто факультет боевой магии считался одним из престижнейших в Академии; доступ туда контролировался настолько жестко, что, как я слышала, не были редкостью года, когда чародеям не удавалось набрать и половины курса.

Причины такой популярности были просты: не только я любила слушать менестрелей, многословно воспевающих сей романтический труд.

— Что-то случилось? — тоскливо осведомился центральный маг, сообразивший, что поспать ему так и не удастся.

— Н-нет, все в порядке…

— В таком случае извольте поспешить! — Магичка сделала резкое движение кистью — и меня буквально выбросило во двор, напоследок наподдав тяжелой дверью по ягодицам.

Дверь с грохотом захлопнулась за моей спиной.

Я стояла посреди двора, невольно потирая ушибленное, смотрела на сомкнувшиеся створки и чувствовала, как по лицу медленно расползается совершенно идиотская улыбка.

Я сделала невозможное.

Я поступила в Академию Магических Искусств.

ГЛАВА ВТОРАЯ,

в которой рассказывается об умении правильно находить себе друзей и врагов, переделывать вторых хоть в какое-то подобие первых, пользоваться чьей-то хорошей (или не очень) репутацией и создавать свою собственную, к хорошим не имеющую ни малейшего отношения

Минуты через две я сообразила, что радость — это, конечно, здорово, но только тогда, когда она подкрепляется чем-нибудь материальным. На данный момент из всего материального меня интересовали: комната, кровать и чего-нибудь поесть (причем именно в таком порядке).

Так, чего там нам, значит, говорили? Найти студенческий корпус?

Знать бы еще, где искать…

Я наконец-то сообразила осмотреть окрестности. Так. Прямо по курсу кирпичная стена корпуса, в ней широкая дверь, снабженная крылечком в три ступеньки и даже перильцами. Направо, в торце прямоугольника, который и представлял собою внутренний двор, тоже стена, тоже с дверью, но уже не такой приметной, без крыльца и перилец. Сзади, разумеется, опять-таки стена — а чего бы вы хотели? И слева, наконец, ворота, через которые я и зашла сюда шесть часов тому назад. Надо думать, Академия представляла собой большую букву «П», по ее углам я увидела четыре башни, высоко возносящиеся в небеса. Вокруг одной из них уже зажглись первые несколько звезд.

Ешкин кот, слегка обескураженно подумала я, сколько же сейчас времени?

Определить это мне не дали. Сбоку послышалось отчетливое постукивание каблуков, я машинально обернулась на звук — и в меня с разбегу врезалась какая-то девица неопознанных внешности и происхождения. Девица была невысокая, но довольно увесистая, так что я с трудом удержалась на ногах.

Вот удержаться от краткого «мрыс эт веллер!» оказалось куда сложнее.

— Нечего стоять где ни попадя! — окрысилась девица, тоже, надо думать, знакомая с относительно нормативной лексикой волкодлаков.

— Нечего разговаривать в таком тоне! — парировала я.

Девица внимательно осмотрела меня с ног до головы. По мере осмотра выражение ее лица менялось с раздосадованного на ехидное, закрепившись наконец на последнем.

— Сперва оденься поприличнее, а потом уже станешь болтать, — фыркнула она. — Что, тоже в чародейки захотелось? Чтобы магией дырки в сапогах замазать, да?

— Заткни хрюкальце, — вежливо посоветовала я, с трудом сдерживаясь от более заковыристой фразы.

— Что ты сказала? — с нехорошей ласковостью в голосе осведомилась девица.

Я запоздало вспомнила, что выпускницы Академии все, как одна, славятся премерзким характером, но отступать было некуда, и я мрачно уточнила:

— Что, со слухом проблемы?

Девица резко дернула ладонью; с ее пальцев слетело несколько маленьких молний, синхронно дернувшихся ко мне.

Не раздумывая, я протянула руку вперед, выставив ее ладонью вверх. Молнии, чуть замедлив ход, подлетели к ней вплотную. Обернулись вокруг запястья; поколебавшись, первая из них нырнула в середину ладони. Я ощутила только легкое покалывание.

За первой последовали вторая, третья и четвертая. Дождавшись последней, я сжала руку в кулак, с трудом удержавшись, чтобы не съездить им по морде скандальной девицы.

Но этого не понадобилось. Она и так смотрела на меня такими глазами, которые бывают исключительно после хорошей оплеухи.

— Всем все ясно? — для порядка уточнила я.