-Граф Весо, я вас нашел, - закричали за моей спиной, и я повернулась посмотреть на горлопана. – Вижу, вы встретились с верным псом дома Розы! – Раув Арт смотрел на графа, как на золотой слиток.
Картина становилась полной и логичной. Граф захотел решить некие вопросы с торговцем дома Роз. После решения, эти два мужика отправились скидывать стресс.
Немного отошла с дороги, чтобы явно не бросаться в глаза графу. На периферии мелькнула светлая тень…
Видение! Легкое, невесомое и нежное видение!
Арт держал за руку девушку в легком одеяние из тюли. Ее тело отливало белым светом и хорошо просматривалось сквозь длинное платье. Почему-то я вспомнила ночные пеньюары. Женька – жених просто обожал, когда мое тело едва прикрыто кружевом и легким шелком. Загадка была одна – все ее лицо было закрыто, одни глаза смотрели янтарным светом. Зато волосы струились до колен и хоть как-то прикрывали ее тело.
-Граф Весо, я вам выбрал лучшую из обученных дев! – Говорил что-то за спиной Раув Арт. – Самое то после длинной дороги …
Я смотрела в глаза девушки и видела лишь безразличное стекло. Да, она красива, но ее душа не желает жить. Ни один мускул не шелохнулся в теле девы, ни один взгляд не был подарен окружающему миру. Смотря на нее, хотелось кричать, чтобы услышали и делать что-то, чтобы увидели. Неужели она настолько отчаялась, что душа покинула это хрупкое тело?
Возле девушки стояла недавняя знакомая Илько и прожигала во мне взгляды:
-Господин, вы, наверное, заблудились. Вас ждут в пятой комнате, - строго, но нежно проговорила женщина. – Дева Гория предназначена для самых знатных мужчин.
Гория – вот как зовут это прекрасное создание. Во мне не было женской зависти или же желания затмить тихую «тень». Лишь какой-то далекий инстинкт… материнский что ли? Хотелось располосовать лицо Арту и высказать свое призрение Дейрену.
Как они не видят, что перед ними «кукла»?! Теплое тело, без души, которое выполняет приказы заказчиков. На ее лице ни одной эмоции…
«Рыбки», к которым меня послали и то в сотню раз живее! Они хоть улыбаются и даже смеются в своем положении. Они хоть и играют «роль», но душа их живет, трепещет в груди.
-Вы считаете, что высокородный дот способен вернуть в эту куклу душу? – Я просто … не смогла сдержать этих слов. Стояла в стороне от дорожки и не могла просто молчать. – Вы продаете тело, но … душу убиваете, боясь ее испачкать, - я обратилась к девушке – виденью и постаралась ласково улыбнуться. – Никто из приходящих не достоин света твоего сердца. Благородные графы, - быстрый взгляд на Дейрена, - здесь такие же, как трубочисты. Богатые лишь украшаю свое пространство дорогими вещами, сами уподобляясь низменным инстинктам и становясь животными. – Я опускала голову все ниже, меня начало потряхивать от страха, но … я не могла молчать, ощущая подкатывающиеся слезы обиды. Я знаю, что здесь женщины – это всего - лишь свиноматка, но я привыкла к другому обращению. Мне было больно из-за немого позволения прекрасных дам на надругательство над собой. – Любой зашедший за эти стены становится равен в своих «прекрасных» намереньях.
Дейрен оказался совсем близко, но я сжимала кулачки. Боль, страдания и уничтожение самой себя было связано с этим человеком. Я не воин, чтобы отстаивать свою честь, но и топтать женскую гордость я никому не позволяла.
Видя голову льва так близко к своему телу, я подняла лицо и, смотря в пронзительные старческие глаза, спросила:
-Чем вы сейчас отличаетесь от трубочиста?
Дейрен вдумчиво вглядывался в мое лицо, что пугало еще больше. Но я не отводила взгляд. Боялась, но сжимала кулачки, заставляя себя не дрожать.
Девушка немного дернулась и посмотрела на молодого юношу сквозь ресницы. По сравнению с клиентами, которые смотрят с жаждой на ее тело, этот лишь немного удивился. Его лицо было в ссадинах, а опухший глаз светил синяком. Только его мягкая улыбка показалась лучшей наградой, а его слова затронули что-то теплое внутри. Губы Гории сдержано улыбнулись, ведь за вуалью ее никто не увидит.
-… Вот что я тебе скажу, щенок, когда приходишь в дом Невинности ищи удовольствие, а девам дари его, если только заслужат! – Заговорщицки шептал Раув, а потом начал ржать и поглаживать свой пах.
Торговец попытался разрядить обстановку, но тут же сник.
Я тоже «отступила». Было в образе графа, что-то пугающее и сильное. Меня обдало морозными мурашками. Казалось, еще секунда нашего «противоборства» и случится что-то непоправимое. Ведь Дейрен несколько минут ищет в моем облике что-то знакомое. Еще чуть-чуть и меня разоблачат. Чувство самосохранения подняло панику…