Вот оно! Там, где лезвие "Камнедробильника" пробило толстую кожу щупальца, показалась сочная, темно-багровая плоть. Но даже пока я откатывался, рана начала стягиваться. Медленно, словно кому-то было лень использовать регенерацию, однако она затягивалась… Из краев порезов сочилась густая слизь, и под ней уже намечался свежий, более светлый слой ткани.
— Регенерация! — Сердце забилось быстрее от осознания. Вот почему Бурый говорил про "крепкого" босса! Он не просто тупой увалень — он еще и восстанавливается! Как его завалить, если он залечивает раны быстрее, чем я их наношу?!
— Черт, а где же моя ложка?! — Мелькнула отчаянная мысль. Осталась в ножнах, что вылетели? Черт, из-за того, что щупальца меня задела, ремешок не выдержал, и теперь я остался без своего Эпического Артефакта. Ладно. Не до нее!
Второе щупальце метнулось мне в лицо, готовясь снести голову. Уверенность упала куда-то в сапоги. Я инстинктивно рванул голову назад, падая на спину в ледяную воду. Крючковатый кончик пронесся в сантиметре от лица, оставив на щеке горящую царапину. Полоска здоровья снова дернулась, но уже не так сильно. Вода хлынула в нос, в рот — тошнотворная, пахнущая гнилью. Я захлебнулся, отчаянно выныривая и отплевываясь. Адреналин сменился паникой.
Так, тратить зелье на такое — идиотизм. Они еще могут понадобятся, да и мы походу только начали наш веселый танец с бубнами и смертью. Десятки желтых глазок, казалось, уставились на меня с тупым, но ненасытным любопытством. Центральная воронка щупалец сжалась сильнее, издав влажный, похожий на всхлип смеха, звук. Из нее брызнула струя густой, черной слизи, которая с шипением разъедала камень, куда попала.
Отравление? Кислота? Или то и другое? А не плевать ли? Все равно проверять не буду! Я откатился за полузатопленную корягу, переводя дух. Рука дрожала, сжимая рукоять "Камнедробильника". Повезло, что по пути я все же смог заметить ножны, и мне в обрез хватило времени, чтобы забрать их.
Ложка Барона мирно дремала за спиной в ножнах — не лучшее оружие против этой массивной мерзости. Нет, эта тварь, конечно, неповоротливая, однако что-то мне подсказывает, что эта классовая особенность. У него может быть очень высокая ловкость, просто все скейлы от очков ушли в щупальца — это было бы вполне логично, хотя… после стеклянного танка я уже и не знаю, чего ожидать от такого противника. Мне бы как-нибудь получить навык “Оценка” или что по его типу, чтобы я мог видеть статус монстров и других игроков. Надо будет озаботиться этим после данжа. А сейчас надо придумать, как завалить этого монстра.
Я выглянул из укрытия. Щупальца продолжали извиваться, ощупывая пространство и выискивая меня. Одно из них медленно ползло по дну прямо ко мне, а на другом уже почти не было видно повреждений — лишь розоватый шрам.
— Так, соберись, Иван! — закричал внутренний голос, заглушая панику. — Ты не убьешь этого ублюдка в лоб! Он регенерирует! Нужна слабина, что-то, что он НЕ МОЖЕТ залечить быстро! — И тут мой взгляд скользнул по пульсирующему телу чудовища, покрытому десятками вращающихся желтых глаз. Они смотрели в разные стороны, тупо, бездумно… и выглядели хрупкими. Гладкая, влажная поверхность, тонкие стебельки… И тут я заметил: один из глаз, чуть выше других, был прикрыт полупрозрачной пленкой и выглядел мутным. Видимо это была старая травма или что-то типа того. Но главное — этот глаз не был идеальным! Он не регенерировал до конца!
Вспомнились гигантские пауки в старых RPG — бить по глазам! Может, это его ахиллесова пята? Может, глаза регенерируют медленнее или вообще не восстанавливаются? Приближаться к этому боссу — это риск. Безумный риск. У него огромный потенциал для уничтожения всего живого в ближнем бою. Тут даже группе игроков будет не так легко справиться с ним. Но выбора не было. Если я не найду слабое место сейчас, он просто измотает меня, а зелья кончатся. Или эта черная слизь все же попадет по мне. Спамить он не может ей, как я понимаю, ну, либо мозгов не хватает, однако попадание точно убьет меня.
Я выбрал ближайший крупный глаз — здоровый, желтый, нелепо торчащий на коротком стебле из бока чудовища. Собрал остатки сил и ловкости. И рванул из-за укрытия, как заяц от своры, не от ползущего по дну щупальца, а вдоль него, используя его как временный барьер от других атак. Цель была одна — этот тупой, ненавистный желтый глаз. "Камнедробильник" я держал перед собой, острием вперед, как копье.
Щупальце подо мной дернулось, пытаясь схватить. Я прыгнул в сторону, на едва видный из воды обломок скалы. Острие блеснуло в тусклом свете. Я вложил в удар всю свою мышиную скорость и ярость от отчаяния. Не просто тычок — удар снизу вверх, с разворота, в который был вложен весь вес тела!