Это то самое чувство говорила Люся? Мурашки? Что за детские шутки? На меня стали накатывать ледяные волны, проносясь по позвоночнику и сковывая мышцы, как внезапный мороз. Каждый волосок на моей шкуре встал дыбом, словно предупреждая о смертельной опасности. Гришка тоже не смог остаться равнодушным. Он дернулся назад, как от удара током, с глухим стуком уткнувшись спиной в бочку с капустой, но он даже не ахнул — дыхание застряло в горле, замершее в этом внезапном, гнетущем вакууме.
Глаза. Именно они выжгли в мозгу осознание истинной опасности. Не мутные старческие щелочки. А два бездонных колодца, выдолбленных во льду вечной зимы. У меня не было подходящих слов, чтобы их описать. Они были слишком ясные… и холоднее космической пустоты. Они уставились на нас не просто без сна — они были лишены самой потребности в нем, как камни. Без усталости — в них горела бесконечная, нечеловеческая бдительность. Абсолютное спокойствие? Да, но спокойствие вершины айсберга перед тем, как раскрошить корабль. Спокойствие отточенной катаны в ножнах, готовой выскользнуть и рассечь мишень одним бесшумным движением. Спокойствие лезвия бритвы перед разрезом — когда уже видна тонкая линия будущей крови. В них читались не годы — в них мерцали тени тысячелетий, отблески бесчисленных схваток, осевшая пыль забытых эпох. Опыт? Передо мной будто бы стояла настоящая Смерть, уставшая от жизни… В глазах старика не было ни единой искры добродушия. Лишь холодная, оценивающая пустота хищника, для которого мы были лишь возможными помехами или… целью.
— Ммм? — произнес он тихо. Голос был сухим, даже слишком сухим, но удивительно четким. — Тревога? Пожар? Драка? — Он медленно, с едва слышным хрустом суставов, сел. Каждое движение было экономным, точным, лишенным суеты. В нем чувствовалась сжатая пружина невероятной мощи. — Если нет, — он посмотрел на нас тем лезвием-взглядом, — то вы нарушаете мой отдых. А отдых, молодые люди, священен. Особенно в мои… года. — Он не назвал цифру, но в воздухе повисло ощущение, что этих годов больше, чем деревьев в Скальнолесье.
Гришка замер, широко раскрыв глаза. Его шаманское чутье явно било тревогу громче любого колокола. Я попытался найти слова, но язык прилип к гортани. Этот взгляд… он буквально сканировал нас насквозь. Я почувствовал себя мышью перед удавом, который просто еще не проголодался.
— Он… он хозяин… — начал было Гришка, но старик его перебил, не повышая голоса:
— Ах, вы хозяин заведения, — его взгляд скользнул по мне, и я почувствовал, как все мои статы, уровни и даже мысли о потраченном золоте мгновенно стали ему известны. Будто он прочитал открытую книгу. — Иван, да? Приятно. Я — Клык. Степаныч. Вы наняли меня охранять покой вашего… истеблишмента. — Он произнес это слово с легкой, едва уловимой иронией. — Пока нет проблем, я сплю. Это пункт первый моего контракта. Пункт второй: не мешайте мне спать. Если ничего серьезного не случилось, то не трогайте меня. Пункт третий: платите вовремя. Золотой в месяц, аванс — ползолотого. Выплачено. Следующая выплата — через три недели и четыре дня. — Он посмотрел на меня так, будто только что озвучил незыблемый закон мироздания. — Вопросы?
— Э-э… — я выдавил из себя. — А… а драка? Пожар? Вы… сможете?
Клык Степаныч медленно поднял одну жилистую руку. Не для удара. Просто показал ладонь. Казалось бы, обычная ладонь старика. Но в тот момент, когда он на долю секунды сконцентрировался, воздух вокруг нее завибрировал. Невидимая волна давления прошла по комнате, заставив зазвенеть стеклянные крышки на банках с соленьями. Гришка ахнул. Я почувствовал, как шерсть на загривке встала дыбом.
— Сто первый прием, — произнес Клык Степаныч невозмутимо. — "Тихий Ветерок, Разрезающий Сталь". Для мелких неприятностей. Для всего остального… — он снова посмотрел на нас своими ледяными озерцами, — …у меня есть еще сто приемов. И кое-что на десерт. Так что спите спокойно, хозяин. Пока платите. — Он снова улегся на свое одеяло, свернулся калачиком и закрыл глаза. Давящая аура мгновенно исчезла, будто ее и не было. Он снова стал просто спящим старичком. Хрупким, беззащитным старичком, не представляющим опасности.
Только после этого я соизволил подойти к барной стойке и заглянуть в статус своего заведения… У меня банально не было слов, чтобы описать увиденное, поэтому захотелось банально оценить изменения статуса.
[Уровень 2: Приличная(?) Забегаловка
Описание: "Кривой Клык" вырос! Буквально! Теперь это не лачуга, а… здание. С этажом! Стены не проваливаются, крыша не течет (пока), а эль… все еще может заставить блевать гоблина, но теперь это фирменный стиль! Клиенты — местные алконавты, игроки абсолютно любого уровня и… случайные личности, от которых мурашки бегут. Над стойкой висит табличка: "Не бей трактирщика, он считает убытки". В углу — зона, где можно проиграть штаны. Наверху — койки для тех, кто штаны уже проиграл.]