— Иммунитет, — хрипло пробурчал он в ответ на немой вопрос. — Просто… проверил его на прочность. Выдержал. Но больше не надо. — жалобно протянул бедолага, пока я пережевывал кусок мяса антилопы, что поджарил на костре в его отсутствие.
С тех пор священное право готовить перешло к Бурому. И пусть его кулинарный репертуар ограничивался "мясо на палке над костром" и "еще мясо, но уже в котелке с водой", это было в миллиард раз безопаснее экспериментов Сакуры. Я сам к котлу не подходил ближе чем на три метра. Алхимия Хаоса и кухонная утварь — сочетание более взрывоопасное, чем пьяный шаман с посохом-клизмой. Одно неловкое движение, одно случайное бормотание на забытом языке под нос — и вместо ужина мы получаем фонтан разноцветной пены, который съест нас, или, что еще хуже, превратит нашу повозку в гигантскую желешку. Нет уж. Пусть лучше Бурый жует кору (что он периодически и делал, кстати, для "очищения", как он утверждал), чем я рискну вызвать апокалипсис кастрюлькой. А Сакура… Сакура была официально отстранена от любых кухонных дел. Навсегда. Даже подносить дрова к костру ей разрешалось только под моим бдительным, полным паранойи взглядом. Бубен я конфисковал и засунул подальше в повозку. Так, на всякий случай, а то обидится и порчу на всех наведет, а мне потом разбирайся со всем дерьмом!
Дни текли медленно, под мерный стук теперь уже бесшумных (слава духам!) круглых колес и храп Бурого, который, казалось, теперь храпел с особой осторожностью, как бы проверяя, все ли в порядке с его бедным пищеварением. Я коротал время, наблюдая, как пейзажи Скальнолесья постепенно меняются. Леса становились реже, чаще попадались скальные выходы, поросшие жестким кустарником. Воздух пах уже не только хвоей и сыростью, но и чем-то более… пыльным, дорожным. Мы явно приближались к цивилизации, какой бы убогой она ни была.
Однажды вечером, когда Бурый с наслаждением чавкал очередным куском жареной на костре антилопы (простой, без изысков, и слава Системе!), а Спайк, свернувшись на моем плече, тихо потрескивал статикой, я решил развеять скуку и обратился к Сакуре. Она, как обычно, полировала свой драгоценный "Коготь", будто ожидая нападения в любую секунду.
— Ладно, Ужас-Кухонных-Котлов, — начал я, стараясь звучать максимально непринужденно, но не забывая держаться на безопасном расстоянии. — Раз уж мы тащимся в этот Перекресток целую вечность, а ты там недавно отметилась… Расскажи, чего ждать? Кроме очевидных толп торгашей, вони, косых взглядов и попыток продать тебе гнилого тролля под видом деликатеса? Что там за… инфраструктура? Гильдии? Бары, где не подают блюда с глазами? Места, где можно относительно недорого и без последствий для пищеварения отдохнуть?
Сакура, не отрываясь от полировки клинка, бросила на меня оценивающий взгляд. Алые глаза сверкнули в свете костра и слегка поморщилась. Учитывая тот факт, что она сама отказалась есть еду, что приготовила, она даже не обиделась на мое обращение. На правду не обижаются…
— Инфраструктура? — она фыркнула. — Грубое слово для грубого места, Микки. Перекресток — это… хаос. Организованный, но хаос. Главное — Рынок. Тянется на полкилометра вдоль главной улицы. Там найдешь все: от гнилых бананов до артефактов сомнительного происхождения и еще более сомнительной силы. Торгуют все: гоблины, орки, люди, парочка эльфов, которые явно что-то натворили дома раз сюда сбежали… Цены кусаются. Сильно. Особенно после того, как продавец видит твою морду. А уж если увидят твоих… — она кивнула на Спайка и Бурового, — … цены взлетят до небес. Будут думать, что ты какой-то скрытый магнат или идиот, которого можно ободрать.
— Спасибо за лесть и предупреждение, — пробурчал я. — Продолжай. Бары? Гильдии?
— Гильдия Авантюристов — центр всего. Большое, грязное здание с вывеской, которую уже лет десять не мыли. Там берут задания, сдают добычу, получают награды. Там же — главный бар. "Пьяный Грифон" или "Хриплая Горгулья" — что-то в этом роде. Шумно, грязно, воняет дешевым элем и потом. Опасно. Но информация там течет рекой. За деньги, за выпивку или за хорошо поставленную угрозу. — Она метнула острый взгляд в мою сторону. — Заходить туда со свитой — все равно что повесить на грудь табличку "Смотрите на меня!". Не рекомендую. Лучше заходи один или со мной. Я хоть знаю, куда смотреть.
Бурый громко чавкнул, явно принимая слова "со свитой" как личное оскорбление своей внушительности. Он отложил кость и уставился на Сакуру.