Вот тогда я выпал в осадок. Мой мозг, только что анализировавший угрозу вербовки, полностью отключился от перегрузки. Меня… тискают? Как плюшевого мишку? И гладят по ушам?!
Однако желание оставаться в руках лапах этой темной эльфийки пропало, стоило мне перевести взгляд на Сакуру. Ее лицо исказила такая гримаса чистой, немой ярости, что кровь в моих жилах похолодела. Глаза вампирши вспыхнули настоящим алым пламенем, как два разбитых фонаря Ада. Коготь Ночного Змея был уже в ее руке, лезвие направлено на Веронику. Воздух вокруг вампирши загустел, запахло медью и старыми гробами. Магия Крови проснулась, готовая к выбросу.
— "Щас рванет. Рванет так, что от таверны щепки останутся. И меня Вероника, скорее всего, прихватит с собой как живой щит…" — с такими мыслями я предпринял еще одну попытку выбраться из хватки любительницы тискать незнакомых Миккири. Я вообще-то человек-мышь, а не кошко-мальчик! Эта девушка явно какая-то неправильная!
Паника мерзко проползла по позвоночнику до головы, а интуиция так и кричала, что, если Сакура нападет, то появление Вероники будет лишь маленьким недоразумением на фоне кучи последствий. И что мне осталось делать? Ударить? Девушку? Нет, я какими-то высокими моральными принципами никогда не страдал, и ради своей шкуры на многое готов пойти, да вот только едва ли моя попытка нанести вред дроу успокоит Сакуру.
Мозг лихорадочно искал выход и нашел его. Мой взгляд упал на ту часть Вероники, что была ближе всего к моей морде — ее тонкую, но невероятно крепкую талию, чуть выше того места, куда я был вжат. Подмышка? Нет, мои лапки не дотянутся. Тогда ничего личного неправильная эльфийка, которая любит тискать мышей! Твои ребра станут моим пианино на то время, пока ты меня сжимаешь!
Инстинкт самосохранения перебил даже стыд. Я втянул голову, насколько позволила хватка, и… быстренько, всеми пальцами, пощекотал ей бок там, где заканчивались ребра.
Эффект был мгновенным и сногсшибательным.
— Ай! Ха-ха-ХА! — Вероника взвизгнула — не от боли, а от чистой, неожиданной щекотки. Ее стальная хватка дрогнула, ослабла на долю секунды. Ее тело дернулось в сторону, смех — странный, булькающий, совершенно не сочетающийся с ее образом холодной убийцы — вырвался наружу. — Ой, не надо! Ха-ха! Прекрати, мелкий! Это же нечестно!
Нечестно? Серьезно? А применять способность соблазнения на бедным и несчастным Миккири было очень честно?!
Выигранной доли секунды мне хватило. Я вывернулся, как угорь, из ее ослабевших рук, отпрыгнул на шаг и, не раздумывая, бросился к Сакуре. Объяснять этой дроу о нормах поведения — дело обреченное на провал с самого начала. Это тоже самое, что пытаться Бэтмену объяснять о том, что сохранение жизни негодяев, что постоянно сбегают — не самая лучшая черта характера.
Желание схватиться за оружие или сбежать, как ни странно, было, однако я задавил эти мысли логикой и своим здравым смыслом. Я схватил Сакуру за свободную руку (та, что не сжимала клинок) и резко рванул в сторону, за стойку, подальше от хихикающей, но уже быстро приходящей в себя дроу.
— Сакура, стой! — прошипел я, вставая между ней и Вероникой, хотя понимал, что я для дроу — не преграда, а развлечение. — Это не стоит того! Она же провоцирует! — слова подействовали, однако теперь её коготь почему-то уже был направлен на меня. — Так, дорогая моя Богиня Нежити, дыши! Просто дыши! Давай вместе — вдох, выдох! Вот так, правильно. — с этими словами Сакура тяжело задышала, пытаясь прийти в норму. Необузданная ярость в её глазах постепенно стала утихать, заменяясь… слезами? А? Чего?
— Микки! — и с этими словами на меня набросились с объятиями.
— Тише, Сакура. Все хорошо. Я здесь. — я пытался успокоить вампиршу, которая явно испытала какой-то эмоциональный шок. Наверное, подумала, что Вероника меня убьет сейчас, вот у неё и крышу чуть не сорвало. Расставаться со своей жизнью я как-то не спешу, ибо жизнь в новом мире меня более чем устраивает.
Успокаивая Сакуру, я посмотрел на дроу. Вероника уже перестала смеяться. Она выпрямилась, а затем внимательно коснулось своих карманов, явно прощупывая возможные потери. Ну, я же не какой-то сумасшедший, чтобы красть у неё что-то? Через минуту, убедившись, что все вещицы лежат на своих местах, на меня подняли взгляд, наполненный хищным любопытством, и показательно так облизнулись, как один Белый Змей из весьма популярного аниме. Да откуда у неё такой длинный язык?