Взгляд Гришки упал на Микки (или туда, где он мысленно его представлял, если Микки не в сцене). В его глазах мелькнуло что-то, кроме привычной насмешки — азарт охотника, столкнувшегося с диковинным зверем.
— "Сначала думал — еще один наказанный, как я. NPC. Обычный. Стал подшучивать через духов, как над всеми выскочками, что мнят себя героями. Но этот зверек оказался другим. Система звала его NPC, но давала возможность качаться! Как игрок! Да еще как — с нотками отчаянного самоубийцы и скоростью, которой позавидовал бы иной ассасин. И самое главное — не орал на каждом углу о своей 'игровой природе'. Не сказать, что молчун, но соображалка у него работала, как надо. Это… заинтриговало. Решил разведать. Достал свою самую ядреную настойку, 'Дух Леса' прозванную — одной рюмкой медведя 20-го уровня валит! Пригласил 'на выдачу особого квеста'. Думал, три рюмки — и он будет как шелковый, все выложит. Ан нет!" — Гришка покачал головой. Голос в его голове был смесью досады и уважения. — "Перепил меня, чертов мышак! Сам валился под стол, а еще кучу всего у меня выведал! Какой-то запредельный алкотолеранс! А наутро… наутро я узнал, что он не только с моими медведями напился, но и договор о ненападении и торговле с ними заключил! У меня на банальное 'не ешьте друг друга' год ушел! А этот… за вечер!"
Он махнул рукой, вспоминая последующий хаос. — "И понеслось! Мои серые, как осенний дождь, дни превратились в цирк огнедышащих драконов! Причем цирк этот мышак приправлял явно с умом. Алхимия… вот где была твоя ахиллесова пята! Нет, я знаю, что у всех есть слабое звено. Но чтобы так?! Этот его 'эксперимент' превратил мою лавку и полдома в кратер, достойный падения метеорита! Я был готов, клянусь духами, сделать из его шкурки коврик для прихожей! Если бы не…" — Гришка замолчал, и на его лице появилось странное выражение — смесь ярости и невольного восхищения. — "…если бы не чудо. В эпицентре этого ада, среди пепла и вонючего дыма… вырос он. Кровавый Лунный Корень. Редчайшая дрянь, за которую аптекари душу продадут. Пришлось идти к Змееглазу, этому стервятнику с весами. Но… заработал. Заработал столько, что даже мой проклятый долг Системе чуть дрогнул. А уж попойка после… Духи, храни мою печень! Я до сих пор боюсь вспоминать! Гризли 19-го уровня… в клоунском колпаке… с балалайкой… орущий похабные частушки! Это был удар по психике, от которого не оправиться! Видел бы мой тесть-полковник…"
Гришка тяжело вздохнул, его взгляд стал жестче. — "А потом — этот чертов паук. Спайк. Эта ненормальная вампирша чуть ритуал не угробила (хотя её появление вообще стоит занести в отдельный эпос, как и мои детективные похождения, ибо разобраться в том, как ей удалось перебраться в соседнюю локацию — было делом с тысячью и одним подводным камнем. Благо, она сама показала мне пространственную аномалию). На воскрешение ушла львиная доля моей маны! Я, 59-го уровня шаман, чуть не надорвался, пробивая невосприимчивость тушки 18-го уровня! Чуть посохом по ее бледному лбу не стукнул! Но… сдержался. Уж больно нервно Микки возле нее дышал. Решил — пусть будет. Довел начатое до конца." — Тут уголок его губ дрогнул в подобии ухмылки. — "Маленький должок за спасение паучонка у мышака образовался, и я им тут же воспользовался. Навязал ему в фамильяры Бурого. Не только для защиты деревни — это с новым NPC в таверне даже было излишне. Просто через него… через этого косолапого простака… я мог присматривать за… за тем песцом, что Микки неминуемо должен был устроить, добравшись до Перекрестка, а потом и до Нейтралов. Предчувствие у меня было… крепкое."
Гришка резко обернулся к двери. За его спиной, в окне, горизонт разорвала огромная трещина светящейся энергии — не молния, а что-то иное, рвущее саму ткань мира. Воздух затрещал от статики. Земля под ногами дрогнула сильнее.
— Видимо, пора выдвигаться. — пробубнил себе под нос Гришка, тяжело выдохнув. Там, за горизонтом, всего в нескольких километрах от деревни разрасталась опасная аномалия, которую Гришка не сразу заметил из-за попойки и ритуала воскрешения Спайка, а сейчас, немного восстановившись, он осознал, что проблема-то очень серьезная.