Но главное было не в этом. Главное было то, что видела только она. Тончайшую паутину причинно-следственных связей, которую Миккири неосознанно плел вокруг себя. От каждого его зелья исходили волны хаотической энергии, каскадом обрушивавшиеся на вероятности вокруг. И теперь этот хаос был облечён в форму её дара — он видел цифры, проценты, мог влиять на ползунки реальности. Это было дико, необузданно и… временно.
На её идеальных, тёмных губах распустилась медленная, заинтригованная улыбка.
— Так-так-так… Алхимия Хаоса. Практически внеранговая способность, — прошептала она, и в её глазах вспыхнул азарт знатока, нашедшего самую редкую дичь. — Вот источник этого шума. Он не просто получил мой дар, он идеально для него подходит. Жаль, что такой талант сгинет здесь, под обломками собственного отчаяния, едва успев блеснуть.
Она наблюдала, как он, едва удерживая нестабильный дар, уже пытается выкрутить вероятности в свою пользу.
— Смотри-ка, жульничает из последних сил, — с насмешливым удивлением проворковала она. — Прямо на моём глазу правит реальность, пока она не развалилась у него в лапах. Наглец! Но мне это нравится.
Лиссара Вейнтарис приняла решение. Мгновенно и капризно, как и подобает богине своего домена.
— Маленький алхимик в тисках большой беды… — её пальцы повелительным жестом провели по интерфейсу Системы, не добавляя новых строк, а меняя параметры существующей аномалии. — Идеальный рецепт для самого зрелищного шоу. Но всякое шоу нуждается в достойном финале. Давай сделаем твой мимолётный шанс… чуть менее мимолётным.
[Аномалия: «Осознанная Удача» стабилизирована.
Источник: Лиссара Вейнтарис.
Ограничение: Временный дар. Действует до достижения основной цели противостояния (получение крови Вероники) или до окончания текущего конфликта.
По истечении срока дар будет изъят.]
— Лети, малыш. Лети высоко, пока я держу тебя на этом поводке, — она мысленно обратилась к нему, зная, что он подсознательно почувствует её намеренье. — Выжми из моего дара всё, на что способен, чтобы добиться своего. А когда окажешься на вершине, лишившись его… я обязательно найду тебя, чтобы напомнить, благодаря кому ты остался жив и чего лишился.
Энергия её воли помчалась сквозь миры, чтобы стабилизировать и продлить тот хаотический всплеск, что уже бушевал в Микки. Она не дарила силу — она лишь позволила ей погостить в нём подольше, ровно на одну битву.
А Лиссара тем временем откинулась назад, взяла новый пучок винограда и приготовилась наблюдать за представлением. На её лице играла самая что ни на есть довольная и ждущая сюрпризов улыбка. Теперь это был не просто стечение обстоятельств. Это был её эксперимент с чётко отмеренным временем.
Мир вокруг всё ещё был пронизан цифрами и процентами, но теперь эта паутина вероятностей обрела жутковатую, стальную прочность. Исчезло то чувство, что я балансирую на шатком канате над пропастью. Теперь у меня под ногами был… интерфейс. Чёткий, стабильный, неумолимый. И с большим, жирным таймером в углу сознания, отсчитывающим время до того, как этот божественный костыль выбьется у меня из-под мысленных рук.
[До конца противостояния] — Ясно, как божий день. Пока не добуду её кровь или не сдохну, я — капитан очевидность с доступом к исходникам вселенной. Веселуха!
Из-за клубов оседающей пыли уже доносилось яростное, сдавленное шипение. Проценты над этим облаком взлетели до небес:
[Вероятность атаки со смертельным исходом: 99.8 %]
[Вероятность цели: Миккири: 97.3 %]
— Ребята, — мои губы растянулись в оскале, который был скорее гримасой боли, чем улыбкой. Голова раскалывалась, но я заставил мозг работать. — Слушайте сюда. У нас есть один шанс, лишь один шанс на победу, который я вижу.
Лорен, Элдарина и Ниббл смотрели на меня с неподдельным ужасом и слепой надежды. Как на оракула, который только что слез с карусели и сейчас блеванёт пророчеством.
— Как только она выйдет, сразу пойдёт на меня. Лорен, — я повернулся к магу, — сразу после её рывка используй самый мощный огненный шар из своего арсенала. Не в неё — в точку на два метра левее и вперёд от её траектории. Она увернётся, однако это даст нам возможность.
— Но… — начал маг, но я резко качнул головой, и слова застряли у него в горле.