— Сегодня останешься у меня, — безапелляционно заявил он, когда мы отъехали от участка. — Тебе нужно что-нибудь взять дома?
Я и сама не горела желанием оставаться там на ночь, тем более одной. Если бы Остроумовы были здесь, я бы, конечно, напросилась к ним, но выбирать не приходилось.
— Сменную одежду. И на всякий случай заберу ноут.
— Хорошо, заедем тогда. Я с тобой схожу.
Во дворе стоял отвратительный запах горелого. Искарёженная теплица напоминала какое-то мерзкое уродливое существо. Несмотря на то, что все окна в доме были закрыты, дым просочился внутрь. Спать тут и вправду было бы невозможно.
Я быстро собрала самые необходимые вещи и средства личной гигиены в рюкзак, взяла ноутбук.
— А в доме ничего не пропало? — вдруг спросил Эмиль, оглядываясь по сторонам.
Я осмотрела комнаты.
— Всё на месте. Да тут и брать нечего. Самое дорогое — мой ноут, но он вот, — продемонстрировала ему свой компьютер.
Эмиль задумчиво посмотрел на него и кивнул:
— Ладно, пойдём.
Глаза начали слипаться, как только мы сели в машину. Я даже приоткрыла окно, надеясь, что холодный воздух меня взбодрит, но усталость взяла верх, и я не заметила, как отключилась.
Мне снился пожар. Только во сне горела не теплица, а моя старая съёмная квартира, и я была в ней, задыхаясь от вездесущего дыма. Пламя отрезало все пути отхода, я оказалась в огненной ловушке, в панике крича о помощи. Вдруг кто-то подхватил меня на руки, крепко прижав к себе:
— Всё в порядке, ты в безопасности, — послышался знакомый голос, но во сне я никак не могла вспомнить, кому он принадлежит.
Человек каким-то образом вынес меня на улицу и уложил на мягкую траву. Я попыталась разглядеть его лицо — бесполезно, всё как в тумане…
— Тебе надо раздеться.
А вот это неожиданно! Зачем мне раздеваться?
— Кристина, слышишь? Я, конечно, могу сам тебя раздеть…
Я моментально открыла глаза. Рядом с кроватью, на которой я лежала стоял Эмиль. Он присел рядом и как-то заботливо, по-домашнему убрал прядь волос с моего лица.
— Проснулась? — спросил с улыбкой мужчина.
— Да, извини, что пришлось нести меня, не заметила, как уснула, — протараторила я, быстро принимая сидячее положение.
— Всё в порядке. Моя спальня сегодня в твоём распоряжении. Это дверь в ванную, — указал он в сторону.
— Твоя спальня? А как же ты? Здесь нет гостевых?
— Гостевая есть, но она занята, — сообщил мужчина.
— Занята? В доме ещё кто-то есть?
— Там спит Юля, — и заметив вопрос в моих глазах добавил, — вечером на собрании ей снова стало нехорошо, и она попросила остаться здесь. Я посплю сегодня в гостиной.
— Аа… — только и смогла выдавить из себя я. Странно, такой большой дом и только одна гостевая? А ещё меня немного смутило, что Юля здесь. Похоже, отношения между ними всё-таки довольно близкие, раз она может так просто остаться у начальника на ночь. Но… надо отбросить эти мысли! Сейчас лучше подумать о себе:
— Ты не против, если я запру дверь на ключ?
Туманов лукаво улыбнулся, видимо, припомнив неожиданную сцену у зеркала в доме Остроумовых.
— Конечно! Сам хотел тебе предложить. Ведь я так и не научился стучать, — подтвердил он мои догадки, озорно подмигивая.
Я смущённо улыбнулась, Эмиль помог мне подняться с кровати, и мы направились к дверям.
— Эмиль, большое тебе спасибо, что помог мне сегодня… — начала я, когда мы уже были у выхода, но Туманов меня остановил, вдруг притянув в свои объятия.
— Главное, что ты в порядке, — негромко произнёс он, поглаживая меня по голове. — Отдохни хорошо, выспись и ни о чём не переживай, — попросил он и поцеловал меня в макушку.
Простая незатейливая ласка так взбудоражила моё сердце, что согретая заботой, которую дарил этот мужчина, я обвила руки вокруг его талии и крепче прижалась к нему, громко вдыхая аромат его парфюма. Я вдруг поняла, что никогда не испытывала такого отношения к себе со стороны мужчины. С отцом мама развелась, когда мне было три года, до этого я помню его всегда пьяным. Когда я выросла, многие мужчины восхищались мной, некоторые боялись, кто-то откровенно меня хотел и не скрывал этого, но почему-то никто никогда не проявлял вот такую простую человеческую заботу…
Я вскинула голову вверх и, поймав взгляд его потемневших глаз, одними губами прошептала: «Спасибо…»
Мужская грудь как по сигналу начала вздыматься чаще, а губы приоткрылись, от чего стали выглядеть ещё более чувственно. Он не отпускал меня из объятий и не сводил с меня глаз, а я не могла оторвать взгляда от его губ. Захотелось почувствовать их на себе, ощутить его поцелуи на своём теле — одних объятий мне резко стало мало.