Это было неожиданно. Я заняла первое место. Коля четвёртое.
На следующий день любимый позвонил мне поздно вечером и пригласил в сквер недалеко от дома. Я ничего не подозревала, как на крыльях прилетела на свидание. Хотела рассказать, что попрошу отдать своё место ему, Коле.
Тут на меня напали парни в масках. Я попыталась убежать. Догнали и окружили, а потом стали бить битами по всему телу. Я закрывалась руками, уворачивалась от ударов и звала на помощь.
— Танцуй, сука! Танцуй, шалашовка! Танцуй! — орали со всех сторон.
Я упала на землю, но кто-то ударил по ноге с такой силой, что свет в глазах померк.
Как ни странно, полицию и скорую вызвал Коля. Он сказал операм, что приехал на встречу с девушкой и увидел её лежащей без сознания на земле. Это мне потом следователь поведал.
Доказать, что именно Турины устроили на меня покушение, не удалось. Разумеется, они же богачи, а я из бедной семьи.
Глава 3
Арсений
Зашёл в приёмную. Наступило время обеда, но я только что приехал с деловой встречи и решил в кафе не ходить.
— Арсений Михайлович, там к вам Татьяна пришла. Я, как всегда, пропустила её в ваш кабинет, — произнесла молодая брюнетка Ирочка, бывшая секретарём.
— Спасибо, Ирина Владимировна, идите на обед. Не забудьте приёмную на ключ закрыть, — на моём лице не появилось и тени улыбки.
Секретарь поспешила удалиться. Честно говоря, она побаивалась меня. В свои двадцать восемь лет я человек строгий и внешне, и внутренне. На работу прихожу неизменно в костюме и галстуке. Всегда отстранённый и вежливый. К сотрудникам обращаюсь исключительно по имени-отчеству.
Даже если отчитываю кого-то, то разговариваю спокойно, без крика, но голос такой, что у людей дрожь во всём теле. Поэтому сотрудники стараются лишний раз не попадаться мне на глаза, а работу перепроверяют несколько раз, чтобы не сделать ошибки.
Я проводил взглядом девушку до дверей, недоумевая, что вдруг так срочно понадобилось Тане. Девушке двадцать три года. Она работала у меня рядовым менеджером после окончания института. И всё это время была любовницей и сабой.
Редко вызываю сабу к себе, чтобы что-то обсудить, но если та приходит, то секретарь сразу провожает в кабинет.
Открыл дверь и вошёл в кабинет. Каково же было моё удивление, когда я увидел девушку сидящей на полу. Попа опущена на пятки, ладони лежат на коленях, голова поникла.
Что это значит, черт возьми?! Я вскинул брови в удивлении.
— Подними голову, девочка, и объяснись, — тон был спокойный, но в голос я добавил столько холода, что девушка поёжилась.
Татьяна подняла голову, а в глазах стояли слёзы.
— Простите, милорд. Я пришла просить сессию, — тихо произнесла она.
— Ты же знаешь, что такое в стенах офиса табу. Только я могу решить, когда у нас будет сессия. Несомненно, ты будешь наказана за свою дерзость, — строго сказал я.
На губах Татьяны появилась слабая улыбка. Я посмотрел в карие глаза любовницы, и догадка озарила голову.
— Постой, ты всё это специально затеяла, чтобы получить наказание, не так ли, Таня? — подошёл к ней так, что носки ботинок коснулись её ног.
Татьяна протянула руку, а потом пригладила чёрные как смоль волосы.
— Встань, девочка, не стоит марать юбку. Сядь на диван, а потом объясни своё поведение.
Я повернул правую ладонь внутренней стороной к девушке. Это означало, что та может опереться на руку хозяина и подняться.
— Спасибо за помощь, милорд, — вежливо сказала Таня, вставая на ноги.
Потом она прошла до чёрного дивана из искусственной кожи, села, как велели. Я приземлился рядом с ней.
— Ну, я жду твоего рассказа, девочка. Почему ты нарушила правила? Можешь обращаться по имени-отчеству, у нас не сессия, — милостиво разрешил я.
— На вашем столе заявление на увольнение, с сегодняшнего дня. Я уезжаю, Арсений Михайлович. Я уже говорила, что мама вышла замуж за иностранца. Отчим увозит нас к себе на родину. Я хорошо знаю английский язык и буду работать в его компании, — грустно вздохнула Татьяна.
— Что за чушь? Ты уже взрослая и можешь отказаться, — удивился Арсений.
— Мне больно уезжать от вас, честно. Остаться я тоже не могу. В Англии другие возможности и жизнь, — по щеке девушки скатилась слезинка.
— Ну-ну, не плачь. Всё будет хорошо. Там тоже есть БДСМ-клубы. Ты сможешь проводить сессии с хорошим топом, — я обнял сабу, прижимая к себе.
Татьяна обняла меня в ответ.
— Я буду скучать. Такого как вы больше никогда не будет, милорд, — всхлипнула она, а потом отстранилась. — Простите, я испачкала вашу рубашку слезами.