— Мы можем попробовать найти мясо в ближайших магазинах или на местных рынках, — предложила я. — Это будет не идеальный вариант, но хотя бы не сорвем вечер.
— В магазинах? — Он приподнял бровь, будто я предложила заменить стейки на рыбные палочки. — Нам нужны стейки, Рейн. Для VIP-гостей. А не мясо из супермаркета.
— Тогда скажи, какой у нас есть другой выбор? — я подняла голос. — Или мы начинаем действовать, или в восемь вечера ты будешь смотреть в глаза заказчику и объяснять, почему его вечер испорчен.
Батлер зло посмотрел на меня, словно сдерживая поток гневных слов. Его глаза горели, но он понимал, что я права. Это была не просто ошибка в поставках — это был удар по его профессиональной гордости.
— Хорошо, — произнес он, резко развернувшись и уже направляясь к выходу. — Поехали, возьмем то, что сможем.
— Что? — удивлённо переспросила я, догоняя его. — Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?
— У нас мало времени, — отрезал он, не оборачиваясь. — Или ты хочешь остаться и наблюдать за тем, как всё идёт к чёрту?
Я взяла сумку и поспешила за ним, понимая, что другого выхода у нас нет. Джейсон переоделся и мы вышли на улицу, где ветер швырял осенние листья под ноги, и запрыгнули в машину. Он сел за руль, его руки сжали руль так, будто он сейчас хрустнет. Мы мчались по улицам города, обгоняя машины и лавируя в потоке, словно каждый момент был на вес золота. Я искала в телефоне ближайшие рынки и магазины, кидая на него быстрые взгляды. Его лицо оставалось сосредоточенным и злым, но я чувствовала, что он сдерживает себя. Молчание повисло в машине, только звук мотора и тиканье часов на приборной панели напоминали о том, что время уходит.
Мы свернули на узкую улочку, где располагался один из местных рынков. Весьма сомнительное место для того, чтобы найти мясо подходящего качества, но это был наш единственный шанс. Джейсон резко затормозил, и я почувствовала, как моё сердце подпрыгнуло в груди от неожиданности. Он выскочил из машины, бросив взгляд на ряды с прилавками. Я тоже выбралась наружу и поспешила за ним, наши шаги эхом раздавались по асфальту.
— Неужели мы действительно собираемся искать мясо здесь? — он будто спрашивал сам себя.
— Вариантов больше нет, — ответила я, пытаясь догнать его. — Нам нужно хотя бы что-то, иначе мы потеряем весь вечер.
Мы пошли по рядам. Продавцы сразу оживились — два человека в чёрном, с лицами, полными решимости, явно были не из тех, кто пришел за килограммом фарша. Джейсон подошёл к первому мяснику и стал быстро осматривать товар.
— Нет, — отбрасывал он один кусок за другим. — Нет. И это — нет.
— У нас нет времени на перфекционизм, — я едва сдерживалась. — Мы не можем вернуться с пустыми руками!
Он остановился и посмотрел на меня с холодным прищуром.
— Ты правда думаешь, что я позволю подать в этом ресторане что-то низкого качества? Это будет мой провал, и я не позволю ему случиться.
— А если мы вернемся ни с чем, это не будет провалом? — огрызнулась я, чувствуя, как напряжение между нами нарастает. — У нас через час начало банкета! Ты готов объяснять клиентам, почему на столах нет главного блюда?
Джейсон глубоко вздохнул, и на мгновение его лицо смягчилось, но лишь на долю секунды. Он явно боролся со своим упрямством и пониманием реальности. Наконец, он кивнул.
— Ищем дальше.
Мы скупили всё, что хоть как-то могло подойти для вечернего ужина. Мясо, хоть и не самое роскошное, но свежее, было загружено в машину. Время шло, и напряжение между нами по-прежнему витало в воздухе, а мы с Джейсоном ехали обратно в ресторан в гробовом молчании. Работники выгрузили мясо и быстро пронесли его на кухню, где суета уже достигла пика.
— За работу! — крикнул Джейсон своей команде.
— Да, шеф! — ответили в унисон повара и взялись за дело.
Зал сиял свечами и гладью белоснежных скатертей. Гости, будто приглашённые на тайный бал, медленно заполняли пространство, неспешно рассаживаясь, улыбаясь, обсуждая что-то между собой. Я стояла чуть в стороне, у края сцены, пытаясь успокоить собственное сердце, которое билось так громко, что казалось — его могли слышать официанты.
Я открыла браузер и вбила имя, которое застряло занозой в памяти с самого утра: Эллисон Гарнер. Первой строкой вылезла статья: «Основательница бренда “Pure Beauty”, блогер, инфлюенсер». Полтора миллиона подписчиков. Я сглотнула. Полтора. Миллиона. В голове промелькнуло: если ей не понравится подача, вкус, даже температура вина, то достаточно одного саркастичного поста. Одного. И всё.