Я машинально отметил освещение, маршруты официантов, концепцию коктейльной карты. Проклятая профессиональная деформация.
— Вот и он! — воскликнул Шон. — Думал, ты заработался до смерти и забыл, что люди живут по вечерам.
Трэвис держал бокал с темным виски и скользнул взглядом по мне, будто проверяя, насколько я готов к их шумной компании.
— Джей, не будь таким серьезным. Расслабься. Оставь свою Мишлен-задницу в покое хотя бы на вечер.
— Пошел ты, — бросил я и сел рядом.
Бармен быстро подал нам четыре бокала и к нам тут же подсел Шон, похлопав меня по плечу.
— За открытие, — поднял бокал Дилан. — Шон Ривьера снова барный супермен этого города.
Я сделал глоток виски, позволяя алкоголю чуть приглушить шум бара, но взгляд всё равно бессознательно скользил по залу, оценивая техническую карту: привычка, ставшая второй кожей. Внезапно мой взгляд зацепился за силуэт, которого здесь быть не должно было. Я не поверил своим глазам.
Сиерра Рейн.
Она стояла у барной стойки, слегка откинув волосы назад, с уверенным выражением лица. Свет падал на неё мягко, выхватывая линии тела под лёгкой бежёвой блузкой и короткой юбкой. Сапоги на каблуках подчеркивали ноги, о которых у меня не было ни малейшего права думать.
Трэвис уловил моментально.
— Кто это? — спросил он, будто читал мои мысли.
— Никто, — выдавил я. — Рабочая история.
Мы виделись всего два раза, и мне хватило, чтобы прочувствовать её характер: офисная сирена, любящая спорить и делать несколько дел одновременно. Привыкла держать под контролем всё: от проектов до эмоций. И да, аллергия на лимон — узнал случайно, запомнил непрошено.
Она прошла к столику, даже не заметив меня. Темноволосая подруга что-то ей рассказывала, активно жестикулируя, а Сиерра, не торопясь, потягивала джин-тоник, время от времени хмыкая и покачивая ногой. Я оторвал взгляд и вернул внимание друзьям. Разговор пошёл о планах Шона, проекте Дилана и предстоящем бое Трэвиса в Абу-Даби. Через несколько бокалов я уже забыл о ее присутствии и направился к уборной. Но по пути назад судьба решила буквально подкинуть мне сюрприз. Я вдруг ощутил резкое движение сбоку. Сиерра, полностью поглощённая танцем, врезалась в меня. Реакция была мгновенной. Мои пальцы подхватили ее, удерживая от падения. Она замерла, подняла голову и посмотрела прямо на меня. Зелёные глаза расширились, дыхание обожгло мою шею горячей волной. На полсекунды мы просто стояли, почти прижатые друг к другу.
— Ч-что за… — выдохнула она, словно пытаясь понять, что только что произошло.
Рейн резко оттолкнула меня, выпрямилась и отступила на шаг назад. Ее лицо вспыхнуло, а руки сжали края юбки. Мои друзья уже наблюдали с такими довольными ухмылками, что мне захотелось их придушить.
Прекрасно. Мать его.
— Осторожнее, Сиерра Рейн, — сказал я, сдерживая голос.
Она отвела взгляд, будто надеясь, что если не смотреть на меня, я перестану существовать.
— Всё нормально, — быстро ответила она, скрестив руки на груди.
Я заметил, как ее темноволосая подруга уже отплясывает в толпе с каким-то парнем, полностью забыв о существовании Сиерры.
— Кажется, твоя подруга забыла о тебе, — проговорил я, качнув головой в сторону.
Она последовала за моим взглядом.
— Бывает, — выдохнула она, словно это было не в первый раз.
— Часто?
— Достаточно, чтобы не удивляться, — бросила Рейн.
Гордая.
Сиерра просто прошла мимо, её плечо скользнуло мимо моего, оставив шлейф парфюма, который я запомнил ещё в ресторане.
Бар продолжил жить своей ночной жизнью, наполненной смехом и чужими прикосновениями. И в этом хаосе мы вдвоем продолжили делать вид, что не замечаем друг друга. Сиерра танцевала, словно ничего вокруг не имело значения. Ее подруга кружилась рядом со своим парнем, подпрыгивая и подпевая. Время от времени она задерживалась у стойки и флиртовала с очередным придурком. И каждый раз, когда кто-то подходил слишком близко, её выражение лица заметно менялось.
В какой-то момент я заметил, что к их столику подсел какой-то тип. Не друг и не знакомый: слишком неуверенный для первого, слишком навязчивый для второго. Он что-то активно рассказывал, наклонялся ближе, чем позволяли приличия, и жестами отвоевывал пространство, которое ему не принадлежало.
Рейн пыталась вежливо отшить его, но он настойчиво лез вплотную. Я видел, как терпение в её взгляде медленно превращалось в раздражение, и это было… чертовски захватывающе. Парень покачнулся, прижал локоть к стойке, его рука коснулась ее волос и мне хватило секунды, чтобы кровь в висках закипела, а стакан на столе перестал быть интересным.