Теперь бы снова вперед, но, оказывается, этого нельзя выполнить: когда корабль остановился и пошел назад, это опутало параваны, сделало их бесполезными, оставило эсминец без противоминной защиты. Корабль дрейфует — это значит, что ветер и волны (машины ведь не работают) заставляют корабль перемещаться, сносят его с линии курса. Бели не остановить дрейф, эсминец может попасть на минное поле. Принимается решение: стать на якорь и привести в порядок запутавшиеся параваны. Выполнить это решение очень, очень трудно. На корабль снова надвигаются плавающие мины. Один за другим докладывают наблюдатели о новых и новых минах, дрейфующих к эсминцу. Теперь осталось только одно средство борьбы — отталкивать, отводить мины от бортов. И вдоль «бортов выстраиваются офицеры, краснофлотцы, все члены экипажа, у которых свободны руки. А мины уже почти окружили корабль, осадили его с бортов и вот-вот уничтожат его. Но люди встречают их шестами, осторожно отталкивают, проводят по бортам и отправляют за корму. Некоторые проделывают эту работу руками. Вот одна из наступающих мин как будто осталась незамеченной. Еще мгновение и катастрофа неизбежна. Тогда офицер Новиков перелезает за борт, спускается на левый отвод, закрепляется ногами, свешивается к воде, руками останавливает мину и отталкивает ее от эсминца. Человек схватился со смертью и победил ее. И такие победы одержали в эту ночь многие моряки, офицеры и краснофлотцы славного советского эсминца.
А пока длилась эта схватка людей с минами, минеры боролись за восстановление параванов. Распутать тралы было невозможно; оставалось одно — обрубить их и поставить новые. В мрак и бурю за борт отправляется краснофлотец. Его ловкие, опытные и сильные руки быстро справляются с лабиринтом спутавшихся частей трала. Теперь можно ставить новые параваны. Но тут выясняется, что на эсминце уже не осталось правых параванов. Приходится тут же, впервые в практике корабля, организовать и выполнить переделку левых параванов на правые.
И эта трудность преодолевается. Эсминец снова вооружен против мин, снова защищает его охранитель, корабль может продолжать свой путь. И пора! Море осветилось луной, а совсем недалеко неприятельские берега. С минуты на минуту наблюдатели вражеских батарей заметят неподвижный корабль, откроют огонь.
Снова двинулись в путь. Еще немного, и минное поле останется позади. Но… залп с берега, еще один. Корабль замечен, противник открыл огонь, один снаряд падает в воду совсем близко от кормы. Что-то случилось с рулевым управлением, руль застыл в одном положении, корабль начал «описывать циркуляцию». А снаряды ложатся все ближе и ближе. Во что бы то ни стало надо уйти от этого опасного соседства. Но корабль не имеет управления, как заставить его итти по заданному направлению, выполнять те или другие маневры, чтобы уходить от снарядов, мин, чтобы приблизиться к цели?
Надо исправить рулевое управление. Но если даже удастся сделать это на ходу, уйдет много времени, а уходить надо немедленно. Тогда командир находит выход из положения. Он переводит машины корабля на работу в «раздрай» — это значит, что машины работают и на заднем и на переднем ходу. Если правильно выбрано соотношение между задним и передним ходом, корабль выходит на «прямой курс.
Эта мера увенчалась успехом. Медленно, но верно эсминец двигается вперед по заданному курсу. Все это при сильном ветре, крупной волне и при непрекращающемся обстреле с берега. Тем временем люди корабля напряженно и изобретательно работают над исправлением рулевого управления. Тянутся, как вечность, и все же проходят часы этой борьбы. Если удастся хоть освободить руль и даже не управлять им, а только поставить в «нейтральное» положение (руль будет стоять прямо), скорость корабля увеличится. Наконец, через 4 часа это удается.
Эсминец стремительней движется вперед. Вот уже осталась позади вражеская батарея, командир вздыхает свободнее, но это счастье кратковременно. Через полчаса лавина огня другой вражеской батареи обрушивается на корабль. А эсминец попрежнему полускован, попрежнему управляется только машинами. Ему трудно маневрировать, уходить от снарядов. И ко всему этому корабль снова попадает на минное поле и опять отовсюду наступают плавающие мины. Гибель и смерть, оставшиеся было позади, снова нагнали корабль и его моряков.
Командиру докладывают: «Слева по носу — плавающая мина!». Надо проскочить мимо, точно выдержать курс, чтобы мина так и прошла слева мимо корабля. Это удается, на этот раз смерть проходит всего в 7—10 метрах от борта. Но тут же опять «прямо по носу — мина». Как быть? Ведь корабль не имеет рулевого управления. Ему нельзя извернуться, обойти мину, преградившую путь. Опять «раздрай», и мина пропадает за кормой. И пока длится эта борьба со смертью, на корабле продолжается борьба за активную жизнь эсминца, за восстановление рулевого управления. Люди работают нечеловечески. Не зная отдыха и страха, десятки часов в упорном, изнуряющем труде, не обращая внимания на неприятельские снаряды, на ходу изобретая все новые решения задачи, моряки эсминца опять одержали победу. Заработало рулевое управление, корабль твердо встал на свой курс, вышел из «минного поля, из-под обстрела и на полном ходу пошел к базе.