Она открыла сумочку, взглянула на оружие, а потом на Ника. — Он здесь, — сказала она, нахмурившись. — Умеешь им пользоваться? — Наверное, не так хорошо, как ты. — Тогда отдай его мне, — Ник, не отрывая взгляда от дороги, протянул руку.
После секундного колебания Стефани вложила пистолет в его ладонь. Ника поразило, какой он легкий, почти как игрушка. Смертоносная игрушка. По крайней мере, он очень на это надеялся.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ
Дом Густава Бальнапа стоял на отшибе, окруженный густыми зарослями можжевельника и низким каменным забором. Ник затормозил за сто метров до ворот, спрятав «Ауди» за густой живой изгородью.
— Сиди здесь, — скомандовал он. — Опять? — Стефани всплеснула руками. — Мы ведь партнеры! К тому же, у тебя в руках мой пистолет. — Именно поэтому ты должна остаться. Если что-то пойдет не так, ты — мой единственный резерв. Если услышишь стрельбу, не геройствуй, а разворачивай машину и гони назад в деревню к телефону.
Стефани хотела возразить, но холодный взгляд Ника заставил её замолчать. Она лишь кивнула, крепче сжав руль.
Ник бесшумно выскользнул из машины. Он чувствовал непривычную легкость в кобуре, где обычно покоилась тяжелая «Вильгельмина», и это заставляло его быть втрое осторожнее. Он двигался через кусты, стараясь не шелестеть сухими листьями. Возле дома стоял темный «БМВ» с еще теплым капотом.
Дверь в дом была приоткрыта.
Ник присел у порога, прислушиваясь. Внутри было тихо, но это была не мирная тишина сонного дома, а звенящее безмолвие места, где только что произошло нечто ужасное. Он вошел боком, ведя стволом крошечного пистолета перед собой.
В гостиной царил хаос: книги были вырваны из шкафов, ящики стола вывернуты наизнанку. На ковре, раскинув руки, лежал пожилой мужчина в домашнем халате. Густав Бальнап. У него не было перерезано горло, как у Кауфмана. На его груди расплывалось аккуратное темное пятно — один точный выстрел в сердце.
«Значит, убийца сменил почерк», — пронеслось в голове у Ника.
Вдруг сзади скрипнула половица. Ник не стал оборачиваться — он мгновенно упал на пол и перекатился за массивный дубовый стол. Пуля выбила щепу из столешницы в том месте, где секунду назад была его голова.
— Картер, ты становишься предсказуемым, — раздался спокойный голос из тени коридора. — Ты всегда приходишь вторым.
Ник замер. Он узнал этот голос. Это не был курьер-убийца, которого он ожидал увидеть. Это был человек, которого AXE считал погибшим еще год назад в Бейруте.
— Хельмут? — негромко спросил Ник, проверяя угол обстрела. — Он самый. И на этот раз у меня есть то, чего нет у тебя — нормальный калибр и право на первый ход.
В тишине дома послышался сухой щелчок взводимого курка. Ник посмотрел на свою «игрушку» в руке. Ему нужно было чудо, или хотя бы одна секунда, чтобы Стефани не выполнила его приказ и всё-таки вмешалась.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВТОРАЯ
Ник подошел к неподвижному телу и первым делом отшвырнул винтовку убитого подальше. В этот момент за его спиной послышались торопливые шаги. Картер мгновенно развернулся, вскинув дамский пистолет.
— Стой! — вскрикнула Стефани, вскинув руки. — Это я! — Я же велел тебе оставаться на месте. — Я слышала выстрелы... — она запнулась. — По крайней мере, мне так показалось. Звук был какой-то... слабый. — Так звучит эта игрушка с того расстояния, где ты стояла, — бросил Ник.
Он присел рядом с убитым. Это не был старый знакомый, это был профессиональный ликвидатор. Ник быстро обшарил его карманы. Улов был невелик: бумажник на имя Эрика Раутера. — Ты веришь, что это его настоящее имя? — спросила Стефани. — У меня в кармане документы на имя Ника Френча. Как ты думаешь, я в это верю?
Стефани замолчала, осознав нелепость своего вопроса. Ник продолжал обыск, но больше ничего стоящего не нашел. — Это тот самый человек, что убил Карла Кауфмана? Тот, кто убил моего отца? — в её голосе дрожало напряжение. — Я не видел его лица у дома Кауфмана, — честно ответил Ник. — Но этот парень точно не был любителем.
Стефани предложила вызвать полицию, но Ник резко пресек эту идею. Еще одной встречи с суперинтендантом Райнером его легенда могла не пережить. — Нет. Мы вернемся в отель и вызовем «команду уборщиков». Наши люди разберутся с телом и, возможно, вытянут из покойника больше информации, чем он мог бы сказать при жизни.