Это… больно! Достаточно, чтобы я слегка разозлился.
— Ну, сучка, сама виновата! — говорю, слегка отпуская контроль. Герои невольно приседают, когда моя боевая аура вжимает их в пол. Я роняю молот на палубу корабля, отчего по металлической обшивке идет гулкое эхо, а герои, едва вставшие на ноги, снова валятся друг на друга. Потом я просто иду навстречу опешившей богине, все еще слабо представляющей себе, с кем связалась и без замаха бью ей красивым апперкотом в челюсть, едва успевая придержать Силу.
Красивой звездочкой златовласка взлетает вверх, через секунду оказываясь в верхних слоях атмосферы, сверкнув задницей на прощание. Герои пораженно смотрят вверх, у Роджерс отваливается челюсть. Тяжело вздохнув, понимаю, что смерть богини мне не только не простят, но и будут преследовать, чтобы пытаться отомстить. Потому приседаю, и прыгаю вслед, оставив в палубе летающей базы ЩИТА небольшую вмятину.
Настигаю ее почти перед выходом в безвоздушное пространство, и, схватив под руку, отталкиваюсь от воздуха, даже не задумавшись, как это у меня вышло. Стремительно лечу вниз, забыв, что тормозить придется о палубу несчастного корабля. Лишь увидев его перед собой, чудом меняю курс, пробивая собой землю на небольшом пустыре рядом с холдингом Изабеллы. Вроде там собирались рыть канализацию… Вот и сэкономил время рабочим.
Выбравшись наружу, запрыгнул обратно на палубу, положив возле оторопевших героев тушку бессознательной богини и медленно, стараясь никого не провоцировать, отошел подальше. Несколько солдат быстро, но без лишней суеты, упаковали ее на носилки и унесли в том же направлении, что и Фьюри парой минуту назад.
— Э-э-э, я правильно понимаю, Ричард? — спросила капитанша, закидывая щит за спину, поморщившись, когда он кривым краем уперся ей в шею. — Вас не затруднить пройти с нами в кают-компанию? Гарантирую вам неприкосновенность. Слово капитана-америки! — добавила она, грозно посмотрев на остальных. Конечно же, я согласился.
В небольшую комнату набилось немало народу. Я скромно оккупировал диван, в то время как герои грамотно рассредоточились в помещении, заняв наиболее удобные позиции для внезапной атаки. Лишь капитанша, Черная Вдова и та женщина, которая умела летать, вели себя более-менее адекватно.
Роджерс прошла к мини-бару, встроенному в стену, открыла холодильник и, пошарившись в нем, спросила, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Кто опять набил сюда пива? Где кола?
— Это Флеш, — подал голос Соколиный глаз. — А кола в другом холодильнике, — махнув в противоположном направлении, добавил он.
Капитанша вдруг с силой метнула в меня банку с пивом. Я как сидел, так и поднял руку, ловя ее на лету. Со стороны могло показаться, что банка летела быстрее пули, но для меня она как будто плыла, медленно кувыркаясь в густом сиропе.
— А ты хорош! — улыбнулась та, кидая на меня оценивающий взгляд. — Да и эту наглую стерву давно надо было поставить на место. Врачи говорят, у нее небольшое сотрясение и выбита пара зубов.
— Да ладно! — охнул кто-то из героев. — Он Торе зубы выбил? Что теперь будет?
— Да ничего не будет! — отмахнулась Роджерс. — Если не совсем отбитая, поймет, что есть и посильнее ее. Потише станет и выпендриваться не будет. А то задрала: «Кормежка — дерьмо, вот у нас в Вальгалле! Мужики слабаки! Вот у нас в Вальгалле!» И возразить нельзя, сразу кидается с молотом наперевес! Думаю, можно даже сказать: «Спасибо!» нашему новому знакомому…
Не успеваю ответить, как половинки двери расходятся в разные стороны и внутрь, как ни в чем ни бывало, заходит Фьюри. Он садится напротив меня и сверлит тяжелым взглядом.
На полном пофигизме открываю пиво и глотаю прохладную жидкость, не обращая на него никакого внимания. Наконец, командир ЩИТа не выдерживает.
— Хватит! — стучит ладонь по столику так, что Наташа взвизгивает от неожиданности. — Кто ты такой? Мы следим за тобой с тех самых пор, как ты засветился на шоссе! В прошлом ты был самый обычным парнем, и вдруг круто изменился! Поздновато для пробуждения квирка, тебе так не кажется⁈
— И все же это не повод врываться ночью в частные владения и пытаться меня ограбить, угрожая оружием, — равнодушно ответил я. — Можно было встретиться как нормальные деловые люди за чашечкой кофе и все обсудить. Разве вы еще не поняли, что я с вами на одной стороне?
— Разгром русской мафии твоя работа? — спрашивает Роджерс.
Молча киваю в ответ.
— Ты за несколько часов убил более сотни людей! — надрывается Фьюри. — У каждого из них могли быть семьи! Дети! Ты задумывался об этом, когда убивал их? И ты ставишь себя на одну с нами сторону⁈