[iii] Слеб— плоская заготовка, спиленная вдоль ствола дерева, своеобразная плита толщиной ( в данном случае) 120 мм. Длина колод три метра.
1 — рым; 2 — котелок; 3 — передний иллюминатор; 4 — боковой иллюминатор; 5 — гнездо телефона; 6 — болт; 7 —манишка; 8 — гайка
Глава 20
До вечерней братчины[i] успел одарить многочисленных родственников. Женской части достались парфюм, зеркала и бусы, а мужской — гравированные кортики и палаши. Князьям Ивану и Ярославу Александровичам латные доспехи, подогнанные аккурат под фигуру, с лета готовили. Удивил, не то слово. Сумма моего долга по цене, как одна такая броня будет, отчего братья то и дело бросали на меня озадаченные взгляды.
Детишкам всякой мелочи досталось изрядно, а уж когда Олежке начал диафильм про Добрыню показывать, плюнув на вместность к проектору сбежалась вся семья князя. Слухи о том, что Мстислав Сергеевич учудил на Переяславском торге, уже достигли Пронска и в торговом шатре даже князья побывали. Досталось семейной паре и новых подарков — ламп, хрусталя и окон, сделанных под размер проёмов терема. На круг за пять сотен расходы ушли. По продажной цене ес-сно. Если взять себестоимость, цифру смело нужно делить на десять.
Княжеская братчина это, можно сказать, своеобразный штаб. Здесь решают войны и мир, союзы и планирование военных походов, снабжение. Степенные бояре с окладистой бородой, сотники и воеводы срывая голос предлагали варианты прохода дружин к Переяславу. Ведь идти по Проне долго, впрочем, как и кружными лесными дорогами. По обычным же гостинцам опасно. Великий князь Рязанский не слепой и не глухой, оставляли и засеки, а сторожки усиливал малыми дружинами.
Вопрос быть или не быть походу даже не стоял, поэтому я молчал, больше налегая на вепря с брусникой, чем на вино, льющееся на пире рекой. А когда пришло время приватного разговора в узком кругу, я вспомнил, чем закончилась в реальности эта история. Их отца казнили зимой. Был ли поход сыновей или нет история умалчивает, но после смерти Узбека, Ярослав получил ярлык у нового хана и выгнал дядю взашей, после чего его, дядю, где-то в лесах прибили. «Неизвестно где, кем и как» так кажется в летописи было. Однако, было одно жирненькое «но». Тогда у Ярослава был ярлык на княжение, дружина московская и татарские, усилившие его войско. Сейчас же ситуация диаметрально противоположная. Тысяча ордынцев или около того при дворе дерюги и как-бы действующий ярлык. Бунт-с.
Иван и Ярослав мужики молодые, всего лет на пять меня старше, и горячие. Запросто могут дров нарубить. Во всяком случае, разумных доводов своих воевод они не слушали.
— Мстислав, ты с нами али нет?! Прямо говори, — не удержавшись начал Ярослав, едва мы расселись за столом в светлице.
— Али подарками богатыми откупить хочешь? — добавил Иван с хитрым прищуром.
— Ага, видать сызнова к себе на болото спешит. Не вместо князь чёрною работой промышлять и торг презренный вести! Наше дело честное, в бой с открытым забралом идти и ворогов побивать!
Подперши рукою бороду с разочарованием, помахал головой, смотря на князей. Ну что за нелепые провокации, детский сад какой-то:
— Подарки азм дарил вам без умысла. Мзды же готов вернуть хоть завтра. Ты, князь, — я обратился к Ярославу, — ежели ларь со златом и лалами червлёными пойдёшь откапывать, будет ли сие вместно? Али я тебе предъявлю, что ты лопату взял в руки и честь родовую порушил чёрной работой.
— Не, это другое, — стушевался князь. — Бояре нама донесли, будто ты самолично древо из болота тянул.
— И с нечистым якшался, — добавил Иван.
— Слышали звон ваши бояре, да не знают где он. Холопы мои, то древо тянули механикусами, сам же искал и лишь потому, как сие необычное древо, а черен дуб, что пять тысяч летов в болоте лежал и силу набрал велику! Не дастся он чернецу в руки и боярину тако же. Только тому, у кого в жилах кровь Рюрикова течёт.
— Иди ты?! — Ярослав наклонился ближе и ударил ладонями по коленям.
— Сам гляди, — я достал из-за голенища отполированную дощечку и предал Ярославу, а Ивану показал грамоту, выданную Переяславскими тиунами, потому как, строго говоря, это была не их земля.
— Супротив дяди вашего азм не желаю идти. Сами ведаете, отцы наши с ним в одну могилу в Сарае легли. Коли пожелал бы, мимо прошёл. Сестру жалко, останется одна с малым дитём.
— Отчегой ты нас раньше времени хоронишь то?
— Дык ума у вас нет. Воевод старых не слушаете и своё гнёте.
— Отца нашего полнил! Казну уворовал, честь родовую порушил, и чтоб мы ему сие с рук спустили? Не бывать тому! — рявкнули синхронно братья.