Места под пасеки в верховьях Неруча нашли отменные: липовые рощи и заливные луга с мелиссой, вереском и донником. В среднем, за сезон, пчелиная семья собирает около тридцати-сорока килограмм. В минус пишем неопытность «пасечников» и молодые семьи. Плюсов куда больше: тёплый сезон и изобилие медоносов. Рамки Гофмана легко превращают обычные ульи в кочующие. Пробуем всякие хитрости, вроде объединения роёв и подсадки двух маток в один корпус. Варим подкормки из хвойного экстракта и белковые, дымы правильные пускаем.
Главный же бонус, отсутствие адского клеща Varroa destructor. Ведь начиная с восьмидесятых каждую пасеку следует априори считать заражённой гадом. Он как у нас в Союзе появился, здорово ударил по популяции этих полезных насекомых. Эдакий пчелиный колорадский жук. И самое гадкое не сам клещ, а вирусы которые он переносит. Их там целая когорта: кашмирский, острого паралича, какуго, мешотчатый и хренова куча не менее гадких. Из-за всего этого ужаса волей-неволей нашим пасечникам пришлось пчёл химией и антибиотиками заливать. А тут его нет вовсе!
Вангую, тонн десять-двенадцать мёда до зимы соберём. Хотя… Не буду загадывать. С моим графиком из косяки проверять времени нет. Технологические карты имеются, но в пчеловодстве ты картинками сыт не будешь. Чем дальше в лес, тем хуже без учебников. Вкчной обязательно плотно учебой батраков займусь. Может при дать второго контролёра? Или заказать Ставру безрамные пчёлопакеты для наглядного обучения? Подумаю.
После выгрузки ульев, осмотрел болота у речки Дернов Колодец. Запасов торфа там изрядно, причём как верхового, так и низового. Обговорили с местными цену добычи, лопат дали, тройку модулей. Справятся, будут их тянуть по канаве, волоком до реки, а мы на обратном пути подхватим. В принципе с местными мы неплохо ладим. Потихоньку к прогрессу будем приучать.
Дальше шли без остановок до самих верховий, где сам Неручь здорово сужается. Извилистое русло то и дело перекрывали завалы из брёвен, перегораживали наносы песка и глины, смываемые с обрывистых берегов. Погостов и в мои времена здесь не густо, а ныне нет вовсе. Глушь полная, а всего то восемь десятков километров от базы отмахали и то, по кривой.
Здорово на стремнинах выручал водоход. На малых глубинах и речках с быстрым течением и массой корней, коряг и мелей классическое гребное колесо работать не будет, от слова совсем, и в итоге, сделал что-то похожее на MARSHRIDER[viii] в варианте гребного полукатамарана. Даже корпус не стали делать, скрученные большие модули формировали нос, а два малых присоединяли сзади. На всё про всё двадцать шесть винтов, а держится всё очень крепко. На задние понтоны можно поставить одну или две дорожки, а по ширине на него свободно умещался и двойной вариант дорожки. В такой конфигурации мы сохраняли все плюсы кормового колеса: короткие цепи от вала конного привода экономили ресурсы и КПД, а удерживать и поднимать раму с колесом легко обычными штифтами. Два руля на корме и один носовой для лучшего руления, стоят блок ролики для разворота и маневрирования, уключины с упорами и волногаситель, четыре якоря.
Из всего «фарша» главное, опускное на цепях кормовое гребное колесо. Оно с лёгкостью преодолевает любое встреченное препятствие, даже по болоту здорово гребёт. Регулируя колесо, добиваемся максимальной упорной силы и увеличиваем скорость. В верховьях то и дело пузом по дну скребём, поэтому колесо стоит так, чтобы лишь краешек воды черпало. Фишка в том, что кормовое колесо в условиях ограниченной осадки создаёт упор в пять раз превышающий упор гребного винта. Большая сила тяги с места, важнейшая вещь для буксировки. Привод стандартный, на четыре скорости. На пониженной тянет и против очень сильного течения. Если не выходит, включаем режим водохода и суда сами себя лебёдкой подтягивют по заведённому якорю.
Тяга одноконного варианта четырнадцать тонн, против течения понятно поменьше. По Неручи если вверх идём, больше десятки не цепляем. В максимальном варианте, с четырьмя быками, водоход развивает мощь порядка шестнадцати лошадиных сил, что уже сравнимо с первыми пароходами. По спокойной воде такой «понтон» потянет тонн триста пятьдесят легко, а для быстрины есть пониженная передачу. То бишь всего три больших водохода легко утянут всю Онежскую экспедицию в полном составе.
О-о-о. Приплыли!
Высадились на свеженьком причале и осмотрелись. Никого. Безымянный ручей ещё не почистили, хотя если подниматься выше, километра три выйдет, вряд ли больше. Команду оставил разбирать водоход, а сам рванул напрямки к водоразделу, густо поросшему малинником. Здесь, в царстве узких крутых овражков и балок, изобилующих выходами известняков, задержался.